Форма входа
Новинки и бестселлеры жанра Детектив
Опция поиска. Книга четвертая из серии «Сказки мегаполиса» - Авторская редакция
Валерия Бурова вступает в жестокий поединок с мафией шантажистов, возглавляемой рецидивистом Фогелем. Она может рассчитывать только на себя, но в неравной борьбе одерживает победу и спасает мужа, попавшего к мафии в заложники. Однако преступники все...
Первое правило королевы - Татьяна Устинова
Инна Селиверстова, руководитель информационного управления Белоярского края – «царица Савская, Клеопатра, стерва и зараза», как называли ее недруги и противники, – впервые растерялась. Убит губернатор края Мухин. Потом кто-то застрелил и его вдову,...
Уран для Хусейна - Геннадий Паркин
В книгу Геннадия Паркина вошли остросюжетные боевики «Уран для Хусейна», «Подворотня вечности» и «Пятая пуля». Все три повести — это истории из жизни людей, волею обстоятельств преступивших закон. И хотя героев Паркина с точки зрения обыденной...
Дублерша для жены - Марина Серова
Будьте моей женой! — с таким, прямо скажем, неожиданным предложением обращается к телохранителю Евгении Охотниковой известный режиссер Леонард Эллер, приехавший в родной город снимать новый фильм Но на самом деле жениться на Охотниковой режиссер...
Убийство в соль минор - Анна Данилова
Их связали странные отношения: она придумала его, услышала во сне свою жизнь с ним, как композитор слышит главную тему будущей симфонии, он подчинился ее воле, как рояль подчиняется и отдается силе мелодии. Они молоды, богаты, талантливы, свободны,...
Кружок экстремального вязания - Дарья Донцова
Если человек не получает от жизни то, что хочет, это означает лишь одно: он непременно получит нечто другое, прекрасное, просто замечательное, – то, о чем даже мечтать не мог. Вот и врач-психиатр Никанор Михайлович Глазов знать не знал, что в его...
За темнотой моих век - Евгений Сергеевич Никитин
И вновь криминальных судеб бурный поток, из грязной пены которого выловлен изложенный путь рядового преступника, до крайности истощенного пустотой и озлобленного молчанием собственной массы сердечной. Но жизнь, чуждая жалости, не склоняется перед...