линии, я повернул направо. Мне повезло. В этой части Керчи застройка была многоэтажной. Я запомнил это еще когда изучал карту перед нападением на базу партизан. Благо память у меня зрительная хорошая, особенно на такие вещи.
Тут целый квартал был из этих самых девятиэтажек, причем стояли они просторно, со дворами широкими. И зажать меня там не получится, и есть где спрятаться. И дворы были связаны между собой дорогами, причем вполне себе широкими. И даже брошенных машин там было не так много.
Так тут до Крымского моста три километра с небольшим крюком. И кто хотел и имел возможность свалить, сделали это давно. Вот я и въехал спокойно, миновал один двор, выехал на достаточно широкую дорогу, а потом увидел идеальное место для того, чтобы припарковать «Урал».
Вот, кусты растут, но машине с ее посадкой и крепким днищем на них наплевать. А сверху будут деревья прикрывать. Так что даже визуально не заметишь ее в обычную камеру. Особенно в дождь-то.
Так я и сделал: повернул, а потом остановил машину. Заглушил двигатель. Закрыть двери возможности у меня не было, да и плевать. Если найдут, то придется что-то другое придумывать. Но я подозреваю не найдут. Не будет у них времени на это, и не сунутся.
Открыл дверь, выпрыгнул на землю. Порывы ветра шевелили листву, бросая на меня крупные капли воды. Волосы практически мгновенно намокли. В воротнике моего бушлата был капюшон, расстегнуть, вытащить и натянуть на голову — считанные секунды, но я этого делать не стал.
Капюшон ограничивает обзор, а тут и без того ни хрена не видно из-за дождя. А зомби…
Зомби во дворе есть. Не очень много, конечно, но они стали активнее. Что забавно еще — вон, по спортплощадке бродят, круги нарезают. По футбольному полю. Неужели и при жизни футбол любили?
Да нет, вряд ли. Может воспоминания какие-то об уроках физкультуры.
Тащил я с собой сразу два ствола. На груди — «Вал», в подсумках магазины к нему. За спиной — «весло», тоже с банкой, магазины в рюкзаке. Сейчас из автомата с интегрированным постреляем, он потише и патроны мясо рвать пойдут. А потом уже на «калаш» перейду.
А в том, что стрелять придется, сомнений нет. Потому что меня твари уже заметили, и стали постепенно разворачиваться в мою сторону. Ладно, сквозь дождь и ветер тут никто ничего не услышит, можно не то, что с бесшумного ствола пострелять, а бегать и орать во всю глотку.
С дронов, правда, если их заметят, трупы будет видно…
Вот ведь зараза. Как же я их ненавижу на самом деле, где бы ни появились бы, каждый раз жизнь портят. И мучайся теперь. Если с дронов трупы увидят, то сразу поймут, что здесь кто-то был. И пойдут искать. Могут ведь и решить выбраться несмотря на бурю, пойти меня искать.
Ладно, с другой стороны, во время бури тут должна толпа собраться, и трупы они жрать будут. Так что просто будем действовать, и убивать стараться по минимуму. Жаль, что ракеты сигнальной пустить нельзя, чтобы зомби отвлечь и пробежаться просто.
Хотя пробежаться — это я хорошо придумал.
Дождь с каждой секундой становился все сильнее, небо уже было полностью затянуто серыми тучами. А нервы гитарной струною натянуты, ага.
Я побежал по двору. Мне надо было в крайний дом. Обратно, чтобы добраться до машины, придется пробиваться, а там и морфы будут…
Ладно, без разницы. Если даже меня сожрут, то исход для меня будет один. А так, я думаю, доберемся.
Дорогу мне преградило сразу несколько зомби, которые стояли посреди двора. Они двинулись в мою сторону. Коллиматорный прицел к счастью был широкой рамкой прикрыт, и его пока не заливало. Хотя, скорее всего, придется в итоге снимать и целиться через штатные целик и мушку. Благо, это за секунды можно сделать.
Я вскинул автомат, прицелился, выстрелил в голову ближайшего. Тяжелая пуля расплескала его мозги, он рухнул на землю. Я пальнул следующего, потом застрелил еще двоих. Путь свободен, вперед.
Побежал, перепрыгивая через трупы. Пока порывы ветра били мне в спину, даже быстрее бежать получилось. Хотя вода уже заливалась через воротник под бронежилет и бушлат, стекала с насквозь мокрых волос.
Повязку тоже снимать придется, от нее никакого толку. Ну и хрен с ним.
Пробежал еще немного, остановился и увидел толпу, которая вывалила из-за поворота. Это не за мной, меня они ни видеть, ни слышать не могли, это они просто активнее становятся, вот и все.
Проснулись, твари такие.
Я повернул налево, туда, где дорога еще была свободна, и побежал, расплескивая лужи ботинками. Ноги тоже мгновенно промокли, но ничего. Это ерунда, плевать вообще, похлюпаем немного.
Хоть зомби и стали активнее, я все еще двигался быстрее них. Успел миновать толпу до того, как они преградили мне дорогу, перепрыгнул через капот стоявшей посреди дороги машины. На какое-то время они в нее упрутся, прежде чем догадаются обойти. Потому что они пусть и подвижнее стали, но не умнее. Мозгов у них по-прежнему нет.
Разбежался, но скоро снова пришлось останавливаться. На детской площадке собралась толпа, голов десять. К счастью детей среди них не было.
Правее здание оказалось, то ли школа, то ли детский садик. Но особого столпотворения возле нее не было. Во-первых, похоже, что здание особых ассоциаций у зомби не вызывало, вот они и не шли туда. Ну, в действительности, кто же добровольно в школу пойдет, если ты ее закончил несколько лет назад? Да и если не закончил, тоже же сачкануть — святое дело.
А во-вторых, детей среди зомби не было. Не застала эпидемия никого посреди занятий, не ворвались в школу зловредные твари, и никого не перекусали. Потому что даже самые отмороженные родители помешанные на оценках, никого в школу не повезут, когда по улице бродят психи и кусаются.
А скорее всего так и подумали в первое время о зомби. Потому что никто не знал про вирус, потому что все было засекречено. Иначе остальные тоже были бы в курсе.
Это мы — «Волки» — были, потому что история с Волковым была напрямую связана с нами. И эвакуацию обеспечивал наш же человек. Не рядовые, конечно, но командирский состав вроде меня знал. Но мы болтать не привыкли, особенно когда дело казалось государственной тайны.
Я снова остановился, вскинул автомат, прицелился, открыл огонь. Одиночными, нажимал на спуск быстро, уверенно отсекая выстрелы. Твари падали одна за другой, валились прямо
