самый момент был важней, но…
Не свалил. Стоило Нику выскочить из подъезда, взгляд
зацепился за сгорбленный силуэт на лавке, окутанный облаком
дыма. Такой потерянный, сломанный. Отчаявшийся.
Чёрт.
***
Пиликнул открывшийся замок, хлопнула металлическая
дверь подъезда, но Джой даже не поднял головы, лишь сделал
очередную затяжку. Дым перекатывался на языке, тонкими
завитками срывался с губ, растворяясь в прохладе утра.
― Опять куришь? ― раздалось рядом. Слишком знакомо, слишком устало.
Ну что ж, Никита всё же спустился. С задержкой в жалкие
пять минут, которые понадобились, чтобы привести себя в
порядок.
― Ммм, успел застегнуть джинсы? ― усмехнулся Джой.
Ники ничего не ответил, но стоило скосить глаза и стало
заметно: он успел застегнуть не только джинсы, но и рубаху.
Правда, слегка криво. На груди пара пуговиц сбилась, одну
петельку Никита пропустил.
― Джой, хватит. Такие потрясающие люди, как ты, не
должны помирать молодыми от долбанного рака лёгких, ―
вместо этого выдал он.
Тихие шаги прошуршали по асфальту, и в метре от Джоя
остановились
идеально
начищенные
чёрные
ботинки.
Интересно, а что стало с теми белыми кроссовками, которые
пали смертью храбрых в прошлую их встречу? Удалось
выстирать или пришлось всё же попрощаться?
― А смысл? ― поинтересовался Джой, не в силах
промолчать.
― Мир не выдержит без тебя.
Джой фыркнул, снова глотая дым:
― Грёбаный малолетний моралист. Запомни, мне пох**, Ники! Не тебе придётся возиться с больным мной, если таки
судьба заболеть.
Как Джой и ожидал, Никита ничего не ответил. Умеет же
этот мелкий ублюдок любую эйфорию превратить в битое
стекло! Он мысленно выругался и собирался сделать последнюю
пару затяжек, но сигарету выдернули едва ли не из губ. Джой
даже зубами ухватить её не успел.
― Чтоб тебя, Ники. Это. Была. Последняя, ― рыкнул он, вскидывая голову.
― А если всё же мне? ― тихо поинтересовался Ники.
― Что?
― Возиться с больным тобой.
Сказано было так пронзительно и нежно, что захотелось
снова ударить его по морде. Для проформы. Но Джой только что
корил себя за то, что посмел поднять руку, а потому просто
ответил:
― Иди на хрен.
Ники был убийственно спокоен, ни следа недавнего
возбуждения. Ну, кроме очевидного напряжения в паху, хотя и
оно должно уже было пройти. Стоял ровно, смотрел прямо.
― Могу ответить тебе то же самое. У меня челюсть болит.
― А она и должна, ― огрызнулся Джой, замечая, как
Никита уныло шевелит челюстью, придерживая её рукой.
Проверяет, не вывихнул ли. Нужно было извиниться, но… ― Я
просил тебя всего лишь помолчать и подумать о… блин, о
сексуальной актрисульке, например. Это было так сложно?
― Ты слышишь, что сам сейчас несёшь? ― Ники только
повысил в ответ голос. ― Я, блять, молчал, пока ты это не
выпалил! «Думай о девочке, раз меня не хочешь». Ты вообще
серьёзно?
― Серьёзнее некуда! Я же прекрасно знаю, насколько у
тебя хрупкая психика, даже вон со мной материться начал! ―
Джой вскочил.
Ники стиснул зубы, на щеках его заходили желваки.
Шагнув вперёд, он ухватил Джоя за плечи, собираясь притянуть
к себе, но тот вовремя увернулся, проскальзывая под рукой. Не
хотел он сейчас серьёзных разговоров. Он курить хотел.
― Чёрт, последнюю сигарету выкинул. Мне срочно нужна
новая пачка, ― выдохнул он.
― Джой…
Никита всё же оказался быстрым: поймал его теперь за
запястье.
― Господи, да пусти ты меня за этими **аными
сигаретами, ― простонал тот, оборачиваясь.
― Ты ведь понимаешь, что сейчас сам же во что-нибудь
вляпаешься?
― Я? ― Джой чуть не подавился. ― Я не маленький! ―
Но ответный взгляд был столь суровым и красноречивым, что
Джой всё же посчитал нужным вырвать руку и добавить тихо:
― И я уже вляпался, Ники, давно вляпался.
В тебя.
Он усмехнулся и отступил спиной прямо на дорогу, раскидывая руки, словно какой-то грёбаный злодей из
комиксовой вселенной, жаждущий потопить всех в своём
пафосе. Но как же идеально подходил этот жест. И как же
прекрасно было бы всего через пару часов, когда тут уже ездили
бы машины.
Что сделал Ники? Нет, он не отпустил.
― Ты такой идиот, ― выругался он, делая шаг следом. А
затем попросту прижал Джоя к себе, перехватывая одной рукой
за талию, а другой ― за подбородок. ― И я, кажется, идиот.
А потом поцеловал. Джой ответил, раскрыл губы
навстречу…
