подиума, где Эш ждал боя. Бароны не осмеливались бросить вызов тому, кто одолел Кайтмира. Они уже видели, на что способен будущий Верховный Барон. А сомнений в стратегических способностях «гордости Кайтмира» тоже не возникало. Из-за этого и остальные каирхатсу не готовы были выйти с ним один на один.
– Что? – обращался громко к толпе Эш, – Не уж то никто не осмелиться сойтись со мной в схватке? Не уж то все согласны с тем, что Я буду Верховным Бароном?! – несмотря на многочисленность каирхатсу, на площади царила тишина.
Энди с братом и сестрой стояли подле подиума, как и бароны. Игнавус выделялся среди всех своими размерами. Он посмотрел на пацана, на котором лица не было. Хоть на огромном примусе был шлем, Энди всё равно казалось, что он злорадствовал.
– Я не согласен! – вдруг выкрикнул Энди своим детским голосом. Атон и Риса, стоявшие позади, изменили свои мрачные лики на скептичные улыбки. Но никто более его не услышал. Поэтому Энди вышел на подиум и прямо перед братом повторил, – Я НЕ СОГЛАСЕН! – после раздался хохот и перешёптывание, что волной начали распространяться по всей толпе. Не смеялись только бароны и близнецы. Но и в их глазах юный сплендид тоже видел насмешку. Сукуинуши и Пураидо, что стояли среди толпы, начали волноваться за своего господина, что было видно по их ликам. Всем своим видом они говорили ему: "Не надо. Ты просто умрёшь!". Но Энди вспомнил слова своего брата: именно он должен его остановить. Поэтому он был решителен. Увидев эту решительность, Эш поднял руку. Тишина воцарилась.
– Почему ты не согласен, брат?
– Ты убил нашего отца! Мать! Почему? Из-за власти? Тогда ты уже не Эш Сплендид!
– Наш отец хотел погубить Энненур, развязав войну с Вратами лишь из-за гнева, что разъедал его душу. Бароны Пустошь были тому свидетелями.
– Поэтому ты его убил? Ты мог с ним поговорить! Переубедить!
– Ты глуп, если думаешь, что я не пытался. Нашего отца никогда нельзя было ни в чём переубедить. Он был непоколебим как Свет Хонсу.
– Но потом ты убил маму! Свёл её с ума! И убил! Я никогда тебе этого не прощу! Ты монстр!
– Стало быть, ты бросаешь мне вызов?
– Да! – кто-то из каирхатсу снова хотел начать смеяться, но один жест Эша тут же заткнул его.
– Тогда нападай. Посмотрим, чему ты научился.
И Энди напал. Клинок, состоявший из разогнанного зацикленного ветра, направился в сторону брата. Но брат просто отбил атаку своей рукой. Кожа стёрлась, обнажив металл. Той же рукой Эш нанёс удар, откинув брата, а затем поднял руку. Полиморфибра стала слезать с его тела, и Эш промолвил громко:
– Посмотрите! Посмотрите те, кто сомневаются в праведности моего решения, ЧТО Кайтмир сделал со мной, – часть толпы, что составляли сплендиды, была ошарашена, – Сплендид, в чьём теле меньше органики, чем в инфините. Пороча наши заветы и идеи ради своих собственных эгоистичных желаний, Кайтмир показал, что не может быть Верховным Бароном!
Энди с гневным криком снова пошёл в атаку, бросая ветряные лезвия в эндоскелет. Старший с лёгкостью уклонялся, постепенно сближаясь. Затем он нанёс беззаботный удар, от которого младший присел и попытался сбить с ног брата. Но хром и сталь не поддались лёгкой ножке ребёнка. Эш пнул его ногой, что аж Энди подлетел.
– Отец заключил сделку с дьяволом. Пустил в дом хромовое чучело. Позволил ему называться сыном своим и решать внутренние и внешнеполитические вопросы. А потом решил сжечь весь Энненур из-за трагедии трехлетней давности. И его честь ты пытаешься защитить своим глупым самопожертвованием?
– Я… я… – Энди посмотрел на свои руки, не зная, что ответить, – я просто не могу позволить тебе уйти безнаказанным после того, что ты сделал…
– Я спас Энненур от войны. От наплыва одержимых. От судьбы Лиденасанса. Раз ты не можешь этого понять. Не можешь превозмочь эмоции от потери родителей…ты такой же, как и отец.
– НЕТ!
Мощный поток ветра выстрелил в Эша. Но будущий барон будто бы поймал его руками. Ветер
