из холодильника пару банок, не забыв себя. Якут не просто так берет паузу. Предложение мальчишки не лишено смысла, но какое-то оно… несвоевременное и дерзкое по своему исполнению. Даже страшно становится. Что замыслил аристократ? Не подставил бы под молотки.
Он дернул за колечко, открывая банку для Якута, а сам вернулся на место. Пусть старый вор мозгует. Якут сделал пару глотков и обратился к Никите:
– Скажи, малец, ты хочешь только Хазарина отыскать? Или у тебя в мыслях подложить кучу дерьма своим врагам? Кто они? Чьи кланы ты планируешь отправить на свалку? Понимаешь ли, на что подписываешься сам и нас тянешь? Одно дело – фраеров разводить, другое – лбами столкнуться с князьями и графами. На моей памяти столько мелких родов повырезали без жалости, и только ради куска земли, в которой обнаружили залежи паршивой меди или нефтяной пузырь на пару десятков бочек. Жизнь человеческая – ничто перед мнимым богатством! Она вообще не ценится в нашем поганом мире. А ты собрался на войну – кому-то мстить!
Якут жадно хлебнул пахнущую солодом гадость, поморщился, оценивая вкусовые качества пива, и ткнул пальцем в сторону внимательно слушавшего Никиты.
– Подумай, нужно ли тебе это?
– Нужно, – без колебания ответил Никита. – Я не боюсь замарать свою репутацию, но и бездумно совать голову куда ни попадя – не стану.
– Мы хотим подумать, – старый волчара мотнул головой. – Такие предложения не принимаются с кондачка. Сомнительно все…
– Я никого не неволю, – Никита вернулся к своему чертежу, – и не тороплю. Если появится желание – позвони по этому телефону.
Он вырвал из блокнота листок и написал на нем нужные цифры. Это был номер телефона, который Никита приобрел несколько дней назад для новых контактов в одном ломбарде. Дешевая трубка не была привязана к имени абонента, что устраивало Никиту, а большего ему и не нужно. В любой момент от аппарата можно избавиться.
Мотор молча забрал листок, но глядеть в него демонстративно не стал. Просто сложил вчетверо и сунул в карман рубахи.
– Спать будете здесь, – сказал Никита. – Диван раскладывается, кресла можно приспособить под лежак. У меня ничего нет для гостей, так что ни подушек, ни одеял дать не могу. Но в доме тепло. Местная котельная уже давно отопление по трубам пустила. Не замерзнете. Встаем рано. В семь часов вас уже не должно быть здесь. Спокойной ночи, судари.
Глава четвертая
Еще днем мглистый туман накатил с берегов Балтики и покрыл высотки столицы непроницаемой белой вуалью. В воздухе чувствовалась изморозь, а к вечеру совсем похолодало. Даже яркий свет уличных фонарей не мог пробить сгущающийся кисель из тонкой взвеси воды. Город нахохлился в преддверии холодов.
А ночью стал падать снег. Он был мокрым; жадно облепляя здания, деревья, дороги, канавы, машины, подоконники, стихия накрывала столицу.
Проснувшись от гнетущего чувства тоски и бьющейся в висках боли, Тамара снова сползла с постели, подошла к окну и стала смотреть на парк, медленно покрывающийся белым пуховым одеялом. Обхватив виски руками, она сосредоточилась на стучащих в черепной коробке молоточках и с трудом, но утихомирила их. «Слишком рано для мигрени, – мрачно подумала девушка. – Надо пройти проверку. Может, опять остатки фармагиков всплыли. Когда же я вычищу эту гадость из организма?»
Она посмотрела на часы. Глубокая ночь. Особняк спит. Тамара удивительным образом ощущала его спокойное и глубокое дыхание. Никому до нее нет дела. Разбирайся сама в своих чувствах, а твою судьбу уже решили. Папочка так и не раскололся дальше фамилии Назарова. Словно по старинке решил выдать замуж дочь. Подвести к жениху под фатой к алтарю и передать с рук на руки. Странное и нелогичное поведение отца выбивало из колеи, раздражало и бесило.
А Гриша снова потерялся. Прошло две недели с момента последней встречи, когда они гуляли по городу и веселились, не думая ни о чем, болтая о пустяках. Княжна все время порывалась ему рассказать о решении отца, но так и не решилась испортить тот замечательный день. Да, именно тогда в Императорском Ботаническом саду Старицкий впервые поцеловал ее в губы, по-мужски, нарочито грубовато и, кажется, сам испугался своего подвига. Тамара не стала его отталкивать, вдруг поддавшись бессознательному чувству влечения. Это было хорошо – стоять, тесно прижавшись друг к другу, ощущая, как сила двух аур жадно сплетается красивыми узорами, подпитывает энергию друг друга и создает ощущение небывалой легкости и счастья. Может, это была маленькая месть отцу. Может, вспыхнувшая любовь. Она сама еще не разобралась в происходящем.
Тамара вдруг отвернулась от спящего сада и вернулась в постель. Нащупала на прикроватной тумбочке телефон и после некоторого сомнения набрала номер Старицкого. Слушая протяжные гудки, ругала себя последними словами. Ладно, что сегодня выходной день и Гриша должен быть дома. Просто они не договаривались встречаться, у него намечались какие-то дела. Потребность высказать свои сомнения, страхи и услышать хоть подобие утешения толкнули ее на звонок.
– Слушаю, – хрипло со сна произнес парень. Кажется, он даже не смотрел, кто звонит. – Алло? Говорите сейчас, иначе сброшу вызов…
Тамара улыбнулась.
– Это я. Извини, что разбудила.
– Что случилось? – голос сразу стал резким, отрывистым и с нотками беспокойства.
– Ничего, прости. Мне надо поплакаться… Кажется, моя судьба окончательно застряла в руках папочки.
– Лихое начало, – Григорий расслабился. Послышалось какое-то шуршание, стук, и все стихло. – Ладно, рассказывай. Я устроился поудобнее и готов тебе дать платочек. Плачь…
– Гриша, я узнала фамилию своего будущего мужа, – упавшим голосом произнесла Тамара, с ужасом ожидая реакции волхва. – Ты даже не представляешь, кого мне сватает отец.
– Кто-то из светлейшей фамилии?
А почему он так спокоен?
– Помнишь, когда ты снимал блокаду браслетов, мы встретились с тобой в странном сне? Не забыл, чья корпорация владела зданием?
– Хозяин «Изумруда» – Назаров Анатолий Архипович, – без раздумий ответил Старицкий. – Точнее, сейчас является он. Я знаю, проверял. А во сне владельцем был Никита Анатольевич.
– Это его сын? Или родственник? – решила уточнить Тамара, хотя сама давно просмотрела всю информацию по данному вопросу.
– Из всех Назаровых у него остался двоюродный брат, с которым он не поддерживает отношения. Да об этом давно написано в газетах. Если внимательно почитать – все можно узнать, – волхв отвечал быстро, как будто перед ним лежал готовый текст. Но…
Гриша замялся, пытаясь удержать в себе какую-то информацию, и все-таки выдавил:
– По слухам, у него появился наследник. То ли внук, то ли правнук… Больше я ничего не знаю!
– А ты откуда узнал? – с подозрением спросила девушка,
