интереснее. Как путешествие, только далеко ходить не надо. Самое то для меня сейчас!
Нэкохимэ помотала головой, окончательно разогнав остатки сонной неги, и выделила из разговора главное.
— Как ты собираешься подмазываться к Юто, хиноенма?
— Шоколад будет готовить, разумеется, — вместо неё ответила аякаси-конверт.
— Юто любит шоколад? — изумилась кошка. — По-моему он мясо любит, и креветки ещё — постоянно их заказывает, когда заходим в кафе. Вообще не видела, чтобы он сладкое особо ел.
— Наблюдательная, но дура. Совсем не изменилась, — припечатала До.
— А в глаз?!
Но фугурума, фыркнув напоследок, уже «испарилась», задействовав свою пространственную технику — вместе с пакетом, наушниками и неизлечимой брутальностью…
— Что она имела в виду? — требовательно потеребила за подол фартука будущую мать Химари.
— Ну, просто сегодня тринадцатое февраля…
— …И что? — переспросила кошка, не дождавшись уточнения.
— Неужели в Ноихаре… ах, да. Наверное, поняла, — протянула хиноенма, ставя в кипящую воду кастрюлю поменьше и, действительно, засыпая растертый в порошок шоколад.
— Поняла что?
— По японской традиции, девушки дарят парням на 14 февраля, европейский день всех влюбленных, шоколад. Всем тем мужчинам, которые им почему-то не безразличны: друзьям, братьям, одноклассникам… и любимым, разумеется. Обычно, в более старшем возрасте на эту традицию забивают, но Юто пока как раз школьник… Кстати, шоколад тому, кого ты считаешь своим избранником, должен быть сделан своими руками — ну, по крайней мере, отлит в нестандартную форму.
— Эй, а почему я об этом слышу только сегодня?!
— Вообще-то, мизучи ещё два дня назад за ужином громко и внятно объявила, что купила на всех «нормальный шоколад» для подарков и «для работы». Ты вообще слушаешь, когда тебе другие что-то говорят?
— Откуда я знала, что она про какую-то традицию! Ну-ка, покажи, что ты тут делаешь? Я сама всё для Юто сделаю не хуже тебя! Мяу!
* * *
— Ум, какой вкусный!
— Папа! Положи ложку, немедленно! Начинку надо есть в составе сладости!
— Грозна ты, однако, дочь моя! — у отца Ю явно было нехарактерно хорошее, почти игривое настроение. — Ну-ка, ну-ка… ни одной шоколадки в форме сердца? Как, неужели моей милой дочурке никто не запал в душу?! Они там, в твоей школе, все плохо видят, или ты столь холодна с противоположным полом, доченька?
— Папа, ты что, пил? — поразилась Шимомуро, уловив тонкий, едва ощутимый аромат саке. Надо было знать отца семейства, чтобы понять всю необычность ситуации — бывший лётчик-испытатель, а ныне — авиаинженер, отлично представлял, как действует на него спиртное, и потому буквально в рот не брал: сила воли у него была несгибаемая.
— Ну да, пришлось, — виновато и проказливо улыбнулся отец. — понимаешь, Кодзуму внезапно повысили! И как — сразу работу в центральном офисе дали, будет там отделом управлять, представляешь? Так что Айдо теперь в начальниках, а я — его зам. Пришлось пить клятое спиртное — не хотелось обижать Кодзуму напоследок… Прям чудеса какие-то: все про кризис говорят, вроде писали, что у Митсубиси сокращение произошло в целях «финансовой оптимизации» и пугают, что другие корпорации будут проводить подобную политику… а тут зарплату повышают и в должности поднимают! То есть наоборот, зарплату поднимают, а в должности…
— Ничего удивительного, — девочка привычным жестом поправила очки, стёкла блеснули, отражая свет лампы. — Наследник Охаяси сейчас в городе, а ваша компания, к которой принадлежит твоё КБ, как раз относится к их сектору интересов капиталовложений… Что?
— Эээ, Ю-тян, ты интересуешься секторами капиталовложений крупных финансовых кланов Японии? — только и нашёлся, что спросить Шимомуро-сан.
— Нет, па, ты чего? Мы на совещании это разбирали — а я просто послушала: не моё направление. Охаяси скинули «воронку запросов» по наиболее перспективным, по мнению их аналитиков, темам. Среди приоритетов в том числе и лёгкая авиация…
— Понял, доча. Больше никаких поползновений к начинке для сладостей, — поспешно заверил Ю отец и профессионально быстро выскользнул из кухни: навык не пропьёшь! Во время своей лётной карьеры будущий отец двоих детей дважды сажал испытуемый самолёт в состоянии чуть-чуть пожар — а тут, тем более, дверь нормальная, а не узкий люк или «фонарь». Ю пару раз хлопнула ресницами — прежде она такую скорость наблюдала только за Химари: кошка вообще обожала носиться сломя голову, а возможности у неё для этого были. Потом решила, что она невольно обидела родителя своими «умствованиями» — он к ней со всей душой (тем более, сейчас, чуть «подшофе»), а она его, фактически, отчитала. Так что Ю отвлеклась от основного занятия, нагрела молока, размешала в нём шоколадную крошку, добавила сироп (общение с Сидзукой дивным образом влияло на её «коллег» по «гарему») и понесла на второй этаж. Может, ещё не лёг? Угадала — голос папы доносился из спальни младшего брата, видно мелкий опять нарушил режим и играл, и дверь как всегда не закрыл.
— Пап, а ты что такой удивлённый? — высокий голос Сато было прекрасно слышно за дверью.
— Да, понимаешь, белочку увидел, сынок…
— Ух ты! У нас дома? А где?!
— На кухне. Она голосом твоей сестры рассуждала о инвестиционной политике крупных корпораций… — убито признался отец.
— Ух ты! Классная страшилка! А…
Ю тихо вернулась на кухню. Прокрутила в голове разговор с отцом, пытаясь понять, что же его так проняло: Охаяси распространили по «своим» школам список тех хобби, интересоваться которыми будет выгодно для дальнейшего трудоустройства в Такамии в недалёком будущем — видимо, пример школы Торью в достаточной степени впечатлил Наследника клана. Так что со всеми одноклассниками, с которыми она последние два дня общалась, эта тема была основной — ну, кроме некоторых отдельных дур, у которых в голове только тряпки и мальчики из средней (а кое-у-кого — и из старшей!) школы на уме. Или она неправильно употребила термин «воронка планирования» из учебника по экономике для третьего курса Политеха и отец потому расстроился? Да уж, папа всегда был за грамотную и правильную речь у своих отпрысков: нужно будет поинтересоваться у него за завтраком…
* * *
— Ты тоже решила ограбить меня на шоколад, сестрёнка? — Кукер подмигнул Соре, пропуская её в свой номер — служебные апартаменты для ценных сотрудников в отеле Шинтакамия занимали весь восьмой этаж и родственницу молодого повара туда пропускали без всяких вопросов.
— И это тоже, — отмахнулась девушка, но потом всё-таки спросила:
— И кто меня опередил?
— Сидзука-тян, разумеется. Охрана уже не верит, что она «просто знакомая» и уже напридумывала версий одна другой развратнее! Самая пристойная, что она моя (и твоя) незаконнорожденная сестра, сбежавшая от родителей и теперь тайно живущая в городе, а мы её, типа, подкармливаем, заботимся,
