он копил на заграничную поездку на симпозиум. Уж если бы он сам сбежал, то не стал бы этого делать без документов и без денег. Его похитили. А потом… убили.
— Почему вы думаете, что убили?
— А для чего его похищать? — Клавдий Тихомирович удивленно приподнял брови. — Какой с него прок? Если бы похитителям нужен был выкуп, то они обратились бы к нам — к его друзьям, ведь семьи у Олега нет. Он всю свою жизнь посвятил науке.
— Похоже, вы правы. Спасибо, что уделили время, — хрипло ответил я — горло снова разболелось.
— Мы надеемся, что он жив, но готовимся к худшему, — погрустнел он.
Декан проводил меня до двери и велел секретарше принести ему завтрак. Я же пошёл на следующее занятие.
Фармакологии сегодня не было, что не могло не радовать. К третьей паре я совсем «расклеился». Надо было с собой прихватить зелье «Исцеления».
С трудом досидев до конца занятий, я поехал домой. На этот раз сделал в два раза больше зелья и разлил в четыре пробирки. После употребления «Исцеления» состояние сразу улучшилось, но я решил допить ту настойку, что давала мне с утра Лида. А вдруг и вправду местное средство больше подходит для лечения этого тела.
— Сегодня на ужин Попова пригласил, — сказал Дима, но встретившись с вопросительным взглядом Лиды, пояснил. — Нашего нового начальника службы безопасности.
— Что хочешь с ним обсудить? — спросил дед.
Он ел вареных раков, аппетитно причмокивая.
— Нужно организовать охрану поместья. Сегодня утром позвонил сторож и сказал, что кто-то пытался перелезть через ограду, но охотники его спугнули. Как раз приехали на зачистку.
— Зачем кому-то это понадобилось? — удивилась Лида.
— Не знаю и знать не хочу. Теперь это наша земля и никто не будет без спросу там шастать, — ответил Дима.
Хм, странно. Поместье находится далеко от города, поэтому случайных людей или просто хулиганов там нет. Тогда, что же может привлечь человека к огороженной территории с аномальной областью? Во всяком случае и правда лучше позаботиться об охране.
Я снова мысленно вернулся к предателю в лечебнице Когана. Лекарь Мальков, который сопровождал меня в тот день, уже должен был вернуться. С ним и ещё одним лекарем я не смог поговорить.
Я поднялся в свою комнату и позвонил Аврааму Давидовичу.
— Слушаю вас, господин Саша. Я таки рад, что вы вспомнили обо мне, — радостно ответил Коган.
— Здравствуйте, Авраам Давидович…
— Я знаю, зачем вы мне звоните, — прервал он меня. — Артефакты почти готовы. Мастера нас заверили, что ещё пару дней, и можно испытать.
— Хорошо, но вы не угадали. Я звоню вам по поводу того лекаря, Малькова. Вы говорили, что он уехал к матери.
— Да-да, уехал. И вчера должен был вернуться и заступить на дежурство, но… его до сих пор нет, — он понизил голос. — Уж не знаю, что с ним случилось, но нас он не предупреждал, что задержится. Надеюсь, у него веские основания не выходить на работу, иначе мы его просто уволим. Нам же пришлось менять все графики!
Лекарь явно был возмущён.
— А вы знаете, где живёт его мать?
— Нет, зачем мне это знать? Я не собираюсь в гости к его матушке.
— А вы можете выяснить, где она живёт?
— Конечно могу, но не понимаю, зачем? Мы ни за кем бегать не собираемся! Мальков взрослый человек, и таки сам должен отвечать за свои поступки. Если не объявится в самое ближайшее время, то мы его просто уволим!
— Выясните адрес его матери и перезвоните мне, — с нажимом сказал я и сбросил звонок.
Хоть с одним делом пора бы разобраться, а то с каждым днём всё больше вопросов и никаких ответов.
Авраам Давидович перезвонил мне через пятнадцать минут. Он назвал адрес и, если я найду лекаря, велел передать, что Коганы им недовольны, и ему лучше объявиться в самое ближайшее время. Я пообещал передать и направился в кабинет, чтобы найти деревеньку Семёново, в которой жила мать Малькова. Оказалось, что она совсем близко, в пригороде. От нашего дома до Семёново было километров шестьдесят. К ужину как раз вернусь.
Добрался до деревни, когда начало темнеть. Спросил у старика, ведущего наверевке козу, где живёт Евдокия Малькова. Он указал на небольшой зелёный дом с аккуратными грядками.
Я не знал, причастен ли к нападению лекарь Мальков, поэтому не хотел никому навредить. Но если мне будет угрожать опасность, то в кармане лежит пробирка с «Оковами».
На стук в дверь вышла сухонькая старушка с цветастым платком на голове и в переднике. Она подслеповато прищурилась, рассматривая меня.
— Вам кого? — проскрипела она.
— Я приехал из лечебницы Коганов. Ваш сын должен был выйти на работу, но его до сих пор нет. Мы волнуемся, — я решил притвориться работником лечебницы, чтобы не пугать старушку раньше времени.
— Из лечебницы? — удивилась она. — Но ведь вы сами его отправили.
— Куда?
— В командировку, куда же ещё. Дениска побыл у меня пару часов и уехал. Три дня уж как уехал.
— А куда он поехал? — уточнил я.
— В командировку, говорю же.
Я продолжительно выдохнул, чтобы успокоиться и не взорваться.
— Ладно. Давайте сначала. Куда именно он уехал? В другой город?
— Так если вы из лечебницы, то должны знать, куда его отправили, — ответила старушка и подозрительно прищурилась.
— Да, я из лечебницы, но мы его никуда не отправляли. Он в понедельник должен был выйти на смену. У него дежурство было, между прочим. Нам пришлось срочно выдёргивать другого лекаря, — изображая негодование, проговорил я.
— Разбирайтесь сами в своей лечебнице, — махнула она рукой и хотел захлопнуть дверь, но я успел просунуть ногу и открыл пробирку с летучей сывороткой «Правды».
— Погодите, меня волнует только один вопрос. И я не уйду, пока не получу на него ответ. Где ваш сын? — с нажимом проговорил я.
Старушка испуганно отпрянула и быстро заговорила.
Глава 9
Старушка попятилась вглубь дома и замотала головой.
— Не скажу, ничего не скажу, — она зажала рот руками и замотала головой. — Хоть убей, а сына не выдам!
— Куда он уехал? — с нажимом спросил я.
— Да в Москве
