ничего не мешает открывать их каждый год и даже по несколько в год. Если так сделать, то мы найдем много планет не хуже Альдеи и Кандидата.
Ханни:
— Я слышала, что у нас мало Холодного топлива. Его производит только одна Кольцевая фабрика, и лишь совсем недавно была построена вторая у Кебриона.
Кейла Арнольд:
— Мы запросто можем построить еще десяток.
Ханни:
— Разве для этого не нужна особая планета-газовый гигант типа Юпитера?
Кейла Арнольд:
— Нужна. Такие планеты редкие, но отнюдь не уникальные. Власть федерального правительства сильна, пока оно обладает монополией на производство Холодного топлива. Именно поэтому у нас всего две Кольцевые фабрика. А не потому, что не нашли нужных планет.
Ханни:
— Любопытно. Так что представляет собой Элизиум?
Кейла Арнольд:
— Пока это всего лишь философская концепция. Я не слышала, чтобы кто-то взялся ее претворять в жизнь.
Ханни:
— Но это популярная концепция. Особенно в Столице, и особенно среди интеллектуальной элиты. Можешь перечислить основные тезисы проекта Элизиум?
Кейла Арнольд:
— Разумеется. Первый: значительно ускорить разведку фронтира, чтобы найти комфортные для проживания планеты, и расселить на них человечество.
Второе: всю обычную работу поручить роботам и искинам. Среди людей не должно быть рабочих, крестьян, шахтеров.
Третье, и, наверное, самое сложное: необходимо поменять систему воспитания, обладание избыточными материальными благами не должно быть чем-то значимым. Мерой ценности и уважения должно стать раскрытие и использование личного таланта, каким бы он ни был.
И, наконец, последнее: создать систему персонального воспитания и обучения, нацеленную на поиск и раскрытие таланта у каждого человека, без исключений.
Ханни:
— А если, например, раскрытым талантом будет талант убийцы? Что тогда?
Кейла Арнольд:
— Нам нужны воины, и этот талант будет востребован. А чтобы раскрыть его, наша биоинженерия вполне способна создать достаточное количество псевдоразумных особей.
Ханни:
— Я читала один из вариантов проекта, в котором предполагается массовое использование клонов, или, как ты сказала, «псевдоразумных особей», в качестве слуг, или даже рабов.
Кейла Арнольд:
— Строго говоря, это такие же искусственные создания, как и обычные роботы. Просто их построили из разных материалов.
Ханни:
— Также я читала и другой вариант. В котором предполагается отобрать в Элизиум только ограниченное количество талантливых людей. Все остальное человечество будет на положении тех самых слуг или рабов.
Кейла Арнольд:
— Есть и более страшные трактовки. Навряд ли человечество добровольно согласится стать рабами (усмехается). Но общий смысл не меняется: мы должны совершить эволюционный скачок, из общества потребления к обществу культивации таланта. И тогда произойдет качественное развитие цивилизации в целом.
Ханни:
— А если мы это не сделаем?
Кейла Арнольд:
— Некоторые ученые считают, что это и есть тот самый Великий фильтр, который необходимо преодолеть. В противном случае, цивилизацию ждет стагнация, регресс и вымирание.
Ханни:
— Жаль, что нам даже не с кем посоветоваться, как правильно…
Кейла Арнольд:
— На эту тему есть отдельная интерпретация гипотезы Ферми. Называется Вселенский кодекс или Галактический кодекс. Суть заключается в том, что цивилизация, не совершившая данный эволюционный скачок, не считается разумной. С ней бесполезно устанавливать контакт, ее представители вас просто не поймут.
Ханни:
— Как интересно. Варп-прыжки уже освоили, но еще неразумны?
Кейла Арнольд:
— Мы видели много животных, способных строить большие и красивые сооружения, для возведения которых нужна математика и развитые способности к обмену информацией. Но это не делает их разумными. Информация и знания — разные вещи.
Ханни:
— Тогда ответь на такой вопрос: если нас считают неразумными, и не выходят на контакт, то почему мы до сих пор не увидели признаков этих иных разумных цивилизаций?
Кейла Арнольд:
— Точный ответ вряд ли кто знает. Но я предположу такую гипотезу: как только цивилизация совершает эволюционный скачок и раскрывает весь потенциал своих членов — резко увеличивается научный прогресс в самых разных областях знаний. За короткий срок технологический разрыв будет настолько велик, что мы будем просто не в состоянии понять, что столкнулись с иной цивилизацией. Если вернуться к историческим аналогиям: муравей не способен понять, в чем смысл и предназначение колесницы, хотя он может по ней ползать и разглядывать с разных сторон. Для него она все равно будет деревом странного вида. Только в нашем небольшом уголке галактики много всего странного. Может, это и есть колесница высокоразвитой цивилизации?
Ханни:
— Очаровательное сравнение! Кейла, наше интервью очень интересное, но подходит к концу. Может быть, есть у вас какие-то напутствия прибывающим кораблям?
Кейла Арнольд:
— Да, у меня есть определённые напутствия для всех прибывающих кораблей, для всех гостей и особенно для тех, кто будет высаживаться на планеты.
Без вас человечество не совершит своих дальнейших открытий, но помните о безопасности. От вас, особенно от Капитанов, от ваших решений, от каждого вашего действия на планетах зависит безопасность, не только ваша личная. Не только ваших команд, но и каждого, кто будет на станции. Относитесь к этому со всей ответственностью. И тогда у нас все будет прекрасно.
Ханни:
— Кейла, спасибо за ваше напутствие. Итак, с вами была Ханни Спарк, а также Кейла Арнольд, научный руководитель, глава лаборатории биоинженерии и главный врач станции Клондайк. Она будет с вами на станции уже через несколько дней. Всем пока-пока!
Глава 14. Панорама. Нам прислали боевого вирусолога
Зайчики, в каком веке мы живем?
Когда вы последний раз слышали слова «эпидемия», «карантин», «пандемия», «мор»?
Давайте вспомним, в каждом втором из нас стоит метаболический имплант, нейтрализующий токсины. Именно благодаря ему мы можем накачаться алкоголем по самые брови, а наутро проснуться, как ни в чем ни бывало. Слово «похмелье» столь же редкое, как и перечисленные выше.
Именно наличием такого импланта оправдывают себя жадные дельцы, когда поставляют слегка протухшее продовольствие на Либанзу и Дверг. Не отравитесь, и на том скажите спасибо.
Благодаря ему, толстосумы и продажные чиновники закрывают глаза и носы, когда речь идет о марсианских куполах, населенные теми, кого они презрительно называют «лимита». А называют они так уже две трети жителей. Зачем им закрывать нос? Чтобы не почувствовать того ужасного запаха, той чудовищной вони, в которой вынуждены жить эти несчастные люди. Терпите, у вас есть метаболический имплант. А у них есть Земля, Флостон и Олимпия, где можно наслаждаться прекрасным воздухом,
