двигаются. Трупы. Я выбросил двустволку в сторону, перебежал дорогу, оказался у следующего забора, возле которого лежал труп. Глянул на него. Мертв, это точно, можно даже не контролировать. А тот, что внутри лежит?
Дошел до ворот, проверил.
Тоже лежит, ласты разбросал в разные стороны. Сделал несколько шагов в его сторону.
Бля, а я ему в голову попал. Шальняк залетел. Специально так не получится, особенно через забор, а тут прилетело. Но вот тебе еще одна свинцовая пилюля, парень, потому что видел я, как люди восставали и после ранения головы. Особенно если вскользь прошла, и от сотрясения сознание потерял.
Все, в общем-то можно не бояться. Проверить сперва того, которого вырубил, посмотреть, что с ним случилось. Я вышел со двора, уже не таясь, двинулся к парню и остановился в паре шагов, заметив, что шея у него как-то неестественно изогнута. И кровь из ноги тоже почти не идет. А что это значит? А то, что сердце ее больше не гонит.
Наклонился, прощупал пульс на шее, которого естественно не оказалось. Черт, как-то слишком сильно я его приложил, неудобно даже получилось. Допросить собирался ведь.
Ладно, остался еще тот, который за забором. Но сперва надо Сему вытащить из машины. Мало ли, все-таки загорится. Не хотелось бы мне лишиться своего билета к «Воронам» из-за глупой случайности.
Я двинулся в сторону машины. Бензином воняло уже совсем сильно, тошнотворный запах, честно говоря, но ни треска огня, ни чего такого. Просто пахнет. Есть шансы, что не загорится, если где-нибудь искра не проскочит. Вещи спасать надо, это факт. Но другое дело, что надо и парня допросить, а он с пулей в пузе не так уж и долго в сознании будет. Вот и решая.
Подошел к лобовому стеклу, наклонился, увидел Семена, который все так же лежал без сознания. Наклонился к нему, пощупал пульс — сердце бьется. Но уже хорошо, значит, ничего страшного, оклемается.
Забросил автомат за спину, схватился за воротник джинсовой куртки и потянул парня на себя. Не получилось. Рванул второй раз, уже сильнее, крепкая ткань затрещала, но мне все же удалось выволочь его из машины. Оглядевшись чуть, я потащил его дальше, в сторону забора, где и усадил. Он правда, тут же сполз. Только сейчас я заметил, что волосы у него на голове пропитались кровью. Да уж, сильно приложился.
Пристегиваться надо, блин, идиот.
Ладно, пусть полежит пока, им я позже займусь. А сейчас надо узнать, кто это вообще такие. Так что я поднялся и двинулся обратно в сторону двора.
Опять трофеи, кстати. Но их мы собирать не будем, у них всякий хлам — двустволки, карабины, автоматов всего две штуки. В УАЗе гораздо лучше оружие. Вот из них нас и обстреляли. Спрячу где-нибудь здесь же, в деревне, будет схрон дополнительный.
Когда я вернулся во двор, то парня не увидел. Зато прекрасно разглядел кровавый след и примятую траву. Вот ведь придурок, решил, что уползти сможет. Но мне в любом случае не оставалось ничего, кроме как пойти за ним следом.
Я обошел дом и увидел парня, который продолжал упрямо ползти вперед, загребая руками землю и отталкиваясь ногами. В несколько больших шагов догнал его, наклонился, схватил за плечо и перевернул на спину. Как черепаху, блин — говорят, что если морскую черепаху на спину перевернуть, то до прилива она обратно не сможет перевернуться. А уж если несколько камней сверху сложить.
— Отпусти, — прошептал он.
— Куда тебя отпустить-то? — спросил я. — Без хирурга тебе все равно не выжить. Но могу сделку предложить.
— Какую? — спросил он.
Я расстегнул подсумок аптечки и вытащил из него синий шприц с синт-морфином.
— Ответишь на вопросы — ширну тебя, — сказал я. — Тогда без боли уйдешь. Если откажешься, на вопросы все равно ответишь, но тогда тебе будет очень больно. И умрешь тоже хуево.
— Ладно, — прошептал он. — Спрашивай давай.
— Кто вы такие-то? Хрен ли вам от нас понадобилось?
— Люди… — проговорил он. — Просто люди. Из деревень окрестных.
— То есть вы не «Вороны»? — решил я уточнить то, что и так было понятно. Парни Мансура были банально лучше снаряжены. А тут реально какие-то обычные деревенские мужики.
И тут я услышал за спиной шаги. Резко развернулся, вскинул оружие и наткнулся на черный дульный срез автомата. А держал его Семен. Взгляд у мужика был мутный, но он целился в меня.
Что ж, чего-то такого я ожидал, но не думал, что это произойдет так быстро.
Глава 6
Я посмотрел на него еще раз. Палец на спусковом крючке, губы в нитку вытянуты. Я не то что отреагировать, даже моргнуть не успею. Да и если мог бы, убивать его мне нельзя, потому что тогда шансов внедриться к «Воронам» уже не будет. Значит решать конфликт надо совсем как мама учила в детстве: словами, а не кулаками. Хотя я никто с ней в этом согласен не был.
Что ж ему такое в голову-то взбрело? С чего бы вдруг за ствол схватился? Хотя вариантов проконтролировать у меня никаких не было, оружие повсюду валялось. Разве что связывать. Но я не думал, что он так быстро в сознание придет.
— Ну? — спросил я. — И чего ты этим добиться хочешь?
— Сейчас мы пойдем к машине, ты свяжешься со своими и скажешь, чтобы они отпустили моих.
Он тяжело дышал, один глаз дергался. Понятное дело, крепко головой приложился. Может быть, поэтому и переклинило. Или просто очнулся, увидел, что кругом оружие валяется, и решил, что это его шанс выбраться? Черт знает.
— И что дальше? — поинтересовался я.
В его мутных глазах появилось выражение растерянности. Похоже, что он не ожидал от меня такого вопроса. Ну оно собственно и нехарактерно для тех, кого на мушке держишь. Думаешь, что они сейчас дергаться начнут, бросятся на тебя или наоборот умолять будут. А тут спокойно спрашивает.
— В смысле что дальше? — не понял он.
— В прямом, — ответил я. — Машина на боку лежит, никуда ты на ней не поедешь. Будет ли работать рация — большой вопрос. Даже если свяжемся — они сейчас за половину острова. Ты хочешь чтобы родных твоих просто на мороз выкинули? Или думаешь, что тебя будут ждать, чтобы вы встретиться смогли? Думаешь меня на них
