листов.
Пока я вчитывался в это всё, в общем, суета закрутила-завертела, и очнулся я, когда прошло часа два. Боссы из Главлита всё не появлялись, народ уже измучился ожиданием, и тут наконец кто-то крикнул:
— Едут!
Моментально все выстроились, так как и договаривались. Поначалу пошла съёмка сцены, когда раненого солдата несут на носилках, а навстречу идут крестьяне. Сразу мужчины-актёры бросились к носилкам, а Миша Пуговкин торопливо туда лёг.
— И вот они понесли героя! Только поосторожнее несите, — засмеялся он тихо.
— Начинаем! — крикнул звукооператор и возмущённо заорал. — Понесли! Где дождь? Нужен дождь!
— Дайте дождь! — закричал Йоже Гале и ещё кто-то тоже подхватил эти слова.
Прибежали два парня с брандспойтом и принялись обильно поливать через деревянное сито актёров. Получился действительно дождь.
— Ещё больше дождя! — заверещал Йоже Гале, хоть вода уже стекала по актёрам ручьями.
Больше всех страдал Миша Пуговкин — вода буквально затопила его в носилках, и я уже забеспокоился, что он там и утонуть может. Но нет. Вроде ещё пока держится.
— Пошли-и-и-и! — взревел Йоже Гале и солдаты, оскальзываясь на размокшем чернозёме, побрели, мужественно таща на себе носилки с Мишей и подбирая выше колен замызганные шинели.
— Пленного немца выпускайте навстречу! — опять крикнул Йоже Гале и высокий серб в драном кителе, который играл немца, вышел навстречу…
Съёмки шли полным ходом. Актёры старались, помощники с брандспойтом изображали дождь, Йоже Гале и звукооператор орали то на актёров, то друг на друга. Остальные тоже рассосались по своим местам и изобразили срочный приступ трудоголизма.
В этот момент на съёмочной площадке показалась процессия из четырёх человек. Всех я их не знал, но среди них были знакомые лица: Тельняшев-старший и тот мужичок, с которым мне пришлось воевать ещё по Институту философии. Свинцов, кажется.
Кстати, он посмотрел на меня взглядом, который не предвещал ничего хорошего. Впрочем, и Тельняшев-старший не обласкал меня вниманием. Остальные явно тоже относились ко мне с превеликим предубеждением — очевидно, Тельняшев их здорово накрутил.
— Что здесь происходит? — сказал он деловым тоном и склочным голосом. — Где Богдан?
Я не ответил, так как не посчитал нужным. Да и при всём моём отношении к Богдану, сдавать его родителю, что он, вместо того, чтобы принимать ответственную комиссию из Главлита, ушёл с девушкой.
К ним подбежала Таисия Владимировна, полная дама лет за сорок, которая постоянно вертелась вокруг Богданчика и была его, как бы это выразиться… «фрейлиной».
— Бубнов! Вы меня не слышите⁈ Что у вас здесь происходит? — поджал губы Тельняшев-старший, недовольный, что был вынужден повторить вопрос.
Я пожал плечами и кивнул на съёмочную площадку:
— Переснимаем сцену номер девять.
— Но почему вы её переснимаете? — влез толстый мужик с огромной проплешиной на всю голову. — Финансирование было фиксированным! Если вы некачественно подготовили сцену, то переснимайте её, пожалуйста, за свой личный счёт!
— Пересъёмки нескольких сцен изначально включены в смету, — спокойно ответил я. — Это нормальный киношный процесс. Всегда может внезапно пойти дождь или, наоборот, нет солнца, и съёмку осуществить не удаётся. Кроме того, аппаратура тоже может в любой момент выйти из строя, или же артист плохо сыграет. Это нормальный процесс, и мы это всегда предусматриваем в смете.
Чиновник посмотрел на меня и не ответил ничего, поджав губы так, что они превратились в тоненькую белую ниточку.
— Так, — протянул Тельняшев-старший. — А здесь что у вас творится? Что за цирк?
Он ткнул пальцем в группу гримёров, костюмеров и прочих, которые сгрудились поодаль и с интересом смотрели на нас.
— Это обслуживающий персонал, — пояснил я. — Они должны присутствовать на съёмках в обязательном порядке, и если нужно подправить грим актёру или порвался там, к примеру, костюм, то они сразу же вносят исправления.
— И что, такая толпа постоянно вносит исправления? — с неудовольствием хмыкнул второй незнакомый мужик, высокий и тощий, примерно лет под шестьдесят, и, не выдержав, люто гаркнул. — Дармоеды!
— Да, именно так, к сожалению, — сказал я и развёл руками, для того чтобы дополнительно аргументировать свои слова, — понимаете, съёмки — это очень сложный процесс, поэтому для того, чтобы снять даже двухминутный сюжет, приходится задействовать огромные ресурсы.
— Да, да, да, вы задействуете огромные ресурсы, а деньги платит наша страна, — фыркнул Свинцов, мой давний недруг из Института философии.
— На содержание Института философии она же деньги платит, — усмехнулся я, — чем мы хуже?
Товарищ Свинцов побагровел и почти задохнулся от возмущения, и не нашёлся, что ответить.
— Я считаю, что следует отстранить товарища Бубнова от работы в проекте, — процедил зло тощий мужик.
— Поддерживаю, — кивнул толстый.
— Составим акт и срочно заменим руководителя, — добавил Тельняшев и с триумфом посмотрел на меня. — Давно пора было это сделать, раз Бубнов не справляется со своей работой.
Они отошли и начали обсуждать меня, при этом демонстративно не обращая на меня внимания.
Ну и ладно. Я смотрел на них и думал: чёрт с вами, а ведь я такой мощный проект вытянул. В любом случае Фаину Георгиевну они из киноленты не вырежут, и Мишу не вырежут, и Рину. А я чем мог — всем им помог. Насколько я понимаю, этот проект даст Фаине Георгиевне возможность претендовать на главные роли в других фильмах и в театрах. Вениамин Львович Котиков тоже подозрительно часто крутится рядом, и, чую, дело тут нечисто. Живёт она сейчас в нормальной квартире. Материальное положение после выхода этого фильма у неё тоже существенно улучшится. Это однозначно.
То есть, по сути, всё, что я планировал изначально, когда я только попал сюда, я выполнил. И на сегодняшний день перед Фаиной Георгиевной у меня больше нет никаких долгов. Остаются кое-где небольшие мои недоработки, которые я должен доделать: к примеру — помочь той же Вере, помочь ещё кому-то, надо вспомнить. По сути, всех остальных я уже нормально пристроил.
Миша Пуговкин живёт в прекрасной квартире. Я думаю, что, если он там какое-то время ещё поживёт, то вполне сможет оформить её на себя. Я уже переговорил с Изольдой Мстиславовной о том, что надо это сделать. Она обещала посодействовать.
Дуся останется жить в нашей четырёхкомнатной квартире. Если даже что-то там пойдёт не так, к примеру, её оттуда та же Мулина мамашка выпрет, то у неё есть свой неплохой
