мне не сможешь. Что-то вроде… отмазки «голова болит» не прокатят.
— А я не буду тебе врать… — Девушка хихикнула из подмышки.
На моём лице расплылась улыбка, и я прижал девушку к себе посильнее.
Настя лишь пискнула в ответ, но тут же вскочила:
— Блин!
— Что случилось?
— Обещала девочкам помочь и совсем забыла.
Я чмокнул свою отныне невесту в нос:
— Беги, помогай. Я тоже на улицу выйду. Может, тоже помогу в приготовлениях.
* * *
Настя выпорхнула из дома чуть раньше, Ну, а я, неспеша, собрался, попил водички и выполз на улицу на десять минут позже.
Эх, всё-таки, как же у нас красиво-то!
Впереди вместо газона было настоящее цветочное поле. Это агроном любой клочок земли так использует под свои посадки.
А вот, кстати, и он!
Он, вместе с двумя своими помощниками, вышел на дорогу в трёх домах от меня.
Помахал им рукой, и Агроном, увидев меня, тут же помахал в ответ. А вот, его помощники просто покивали мне, потому что их руки были заняты — они тащили по огромному деревянному коробу — забитому овощами. Томаты вижу, зелень какая-то. В общем, свежие овощи на всех жителей на столе будут, даже, несмотря на то, что в честь праздника в первый посёлок все и из второго приехали.
Агроном с помощниками пошли в конец посёлка.
Ну, что ж, пойду и я в ту же сторону.
По пути, на второй линии домов, увидел Серафима, который прогуливался под ручку с Ириной, то бишь, Пингвинчиком.
Смотрю, не только у меня на личном фронте всё хорошо. Серафим тоже в сторонке не стоял.
Махнул им рукой, но они так увлечённо о чём-то говорили, что даже не заметили меня.
Вслед за ними, пробежала стайка детей — во главе с Ваней. Все, как на подбор, палками размахивают.
По визгам, вроде становится понятно, что типа охотятся на кого-то невидимого манекена.
Эх, даже непривычно как-то видеть вечно серьёзного Ваню, бегущего впереди пацанов с улыбкой на лице и что-то увлечённо верещащего.
Подлечили мы его душу. Теперь, от обычного пацана и не отличишь совсем.
Девчонок, кстати, нет. Впрочем, не удивительно — у девчонок свои игры.
Пройдя в конец посёлка, как раз, к дому Надежды Михайловны, мамы Пингвинчика, зашел в распахнутую дверь дома.
Ух, сколько тут народу-то!
Невеста моя, Зоя, Дарья, почти все Смирновы, Егоровы, Сусанна Симонян, Кузьма с Глашей и куча народу из людей Меха… Их по именам я пока ещё не очень запомнил. Из мужиков только Святослав и Толя Егоров. Ну, и Кузьма, понятное дело.
Женщины что-то там шинкуют, а малое количество мужиков за чисткой, и Кузьма в том числе.
Махнул рукой:
— Всем привет!
В ответ, народ помахал руками, и до меня донёсся разноголосый хор ответных приветствий.
Так, тут даже притулиться некуда. Я бы, может, и помог, но реально к столу, вообще, не подобраться — всё забито.
Хм, из другой комнаты разговоры слышны. Пойду-ка я туда.
Пока шёл, Кузьма вдруг с авторитетным видом заявил:
— Раз уж мы про выживай говорить-поговорить. То вот ценный инфа — самый вкусный очистка — колбасный. Но и из овощной я такой суп сварить-поварить могу, пальцы обгрызай.
Глаша вдруг дала Кузьме лёгкий подзатыльник:
— Я тебе сколько раз говорить-умолять!? Не грызя ногтя!
Кузьма возмутился:
— Мужика! — Он посмотрел на Анатолия и Святослава. — Что за несправедливый? Что за иго? Вам жена тоже ногти грызть не давай?
Народ вокруг заулыбался, в том числе, и мужики. Они, в ответ посмеиваясь, покивали:
— Ага.
— Жизнь не справедлива.
Понятно, им тут и без меня не скучно. Ну, пускай себе зубоскалят.
Я прошёл в соседнюю комнату и увидел Тирана с Розой, Меха, Сергея, Моню, Табенко, Стёпу. Они стояли в кружок и о чём-то разговаривали.
Как я зашел, народ повернул ко мне свои головы.
Я же в который раз махнул в приветствии рукой и, показав большим пальцем себе за спину, спросил:
— Что, тоже за столом места не хватило?
Народ заулыбался:
— Вроде того.
— Давай, к нам!
Я прошёлся и поздоровался за руку со всеми мужиками.
Последним пожал руку Тирану.
Он как-то загадочно улыбнулся:
— А мы тут по радио Тридогнайта слушали.
— Да? И, что говорит?
— Говорит, что Константин — герой Земли. Что ты Солнце вернул. Ещё рассказывал, что у нас в посёлках рай земной и призывал выжившие семьи идти к нам под крыло — к герою. Возможно, скоро будет вал переселенцев!
Мои брови взлетели вверх:
— Переселенцы — это хорошо. Нам рук всегда не хватает. Но как он про меня узнал-то?
Тиран кивнул на Табенко:
— Так Вадим ему, наверное, и рассказал. Они же связь поддерживают.
Табенко улыбнулся и поднял руки вверх:
— Каюсь, грешен.
Тиран же продолжил:
— Так что ты у нас, теперь, местная знаменитость. Областная. Хотя, кто знает… Может, Тридогнайта и в других областях слушают. В общем, будешь первым человеком в новом времени, после Аддона, про которого легенды будут складывать!
Мех поддержал:
— Что есть, то есть, ты теперь наша легенда. — Он посмотрел мне в глаза пару секунд. — Лишь бы только не зазнался.
Я усмехнулся:
— Договорились, не буду.
В разговор встряла Роза:
— Ну что, наша легенда уделит нам время? Поболтает с нами?
Ну вот, и зубоскалить начали.
Но ничего, пускай!
Я, улыбаясь, кивнул:
— Обязательно. Сейчас только кое-что проверю и вернусь.
Выйдя из дома, я отправился на задний двор. Мы на этот праздник раскошелились невероятно — закупили десять кило свинины на торговой площадке.
Да, на всю толпу — ни о чём. Но хоть по кусочку каждому достанется — уже радость.
Выйдя на задний двор — тот самый, где я убил психопата, держащего Пингвинчика и её мать в рабстве, глянул, кто тут орудует.
О! У двух мангалов Давид и Виталий стоят. Те двое, которые друг другу сходу не понравились.
Хм… может, в теории, это была и хорошая идея их вдвоём поставить на мясо, чтобы подружились. Вот только, они прямо сейчас о чём-то спорили на повышенных тонах.
Прислушался.
Давид вдруг прям заорал, и, видать, от волнения, у него прорезался акцент:
— Вай, мы что в Узбекистане? Какой-такой зира в хоровац!?
Виталий крикнул в ответ так, что аж вены на лбу вздулись:
— Зира любое мясо на другой уровень вытягивает! И шашлык с зирой — уже давно классика!
Эээ, всё-таки, ставить их вместе было плохой идеей. Похоже, что этой парочке мотив для того, чтобы посраться совсем и не нужен. Посраться они могут на
