Класии закончилась тем, что она повисла на Грозе и ничего не добилась. Как нищенка, просящая милостыни. Меч же Бориса развеялся пылью. Мужчина не остановился, бросился вперед. Что он там дальше собирается делать, Гроза выяснять не стала. Выпустил молнию и пробила Мясника насквозь. Точно в область сердца. Тот упал замертво.
— Как же мне с тобой поступить, Класия? — Мария играючи отшвырнула женщину от себя. — Ты почти как старая подруга. Мы столько знаем с тобой друг друга. Столько битв прошли, никто не мог одержать вверх. Правда иронично?
— Встретимся в аду, — тяжело дыша, ответила Класия.
— Обязательно. Там нам самое место. Но ирония в том, что ты постарела. Перестала быть яростным зверем. А я наоборот. Стала ещё злее и моложе. Как Колодец витиевато нашими судьбами распорядился. Но я тут подумала... Может, оставить тебя в живых? Ручки-ножки оторву, прижгу, чтобы не отросли, да брошу здесь, на ледяном пепелище. Сколько пройдет времени, перед тем как тебя растерзают соседи, союзники, враги?
— Издеваешься? — спросил Класия. — Убей меня уже, да покончим с этим. Или ты вместе с возвращением молодости, — сплюнула женщина, — стала ещё и мелочной?
— Мне больше нравится другое слово — изобретательная, — пожала плечами Гроза.
И сделала то, что пообещала.
Спустя некоторое время она уходила с места побоища. Люций молча дожидался. По нему не было видно, что он только что серьезно дрался.
— Такен будет недоволен, — сказал он.
— Переживем как-нибудь, — ответила она.
* * *
Когда Вологодские ушли, из тени вышел Легион.
Тот ущерб, который он понёс при прошлой их встрече был невообразим. Что привело развивающееся существо в ужас. Впервые он столкнулся с настолько чудовищной силой, которой ничего не мог противопоставить.
Это требовало изменения подхода ко всему. И один из шагов — поиск новых знаний, тел и союзников.
Что и привело его на место побоища. Где он хотел сначала просто осмотреться, но, когда увидел растерзанное тело, без конечностей, прибитое к ледяной стене, но ещё живое, у него родилась совсем другая мысль.
Глава 6. Надежда, или Как Спартанец на ночную миссию отправился
От Такена я вышел в полном душевном раздрае. Кажется, это у меня какой-то новый жизненный этап. Бесконечные самокопания и сложные вопросы, которые приходится перед собой ставить.
Чего Такен добивался, я так и не понял. Пусть это на его совести остаётся. Сам же я задумался над тем, как далеко готов зайти. Если реально так сложится, что Гатс встанет у меня на пути, смогу ли я его убить? Не технически, а в плане готовности сделать этот шаг.
Спросил себя и не смог ответить. Точнее, смог. Не ощутил в себе уверенности убить его. Избить, вырубить и связать, чтобы не мешался — это да. Готов каждый день делать. Особенно в части про избить. А так, чтобы убить…
Так что же получается, я продолжаю считать его другом? Если он чужак, то никаких моральных терзаний быть не должно. По крайней мере, не таких, которые остановят меня.
Дилемма.
Которую я решил очень просто. Забил. Ну а что ещё делать? Грузиться? Мне вон старик Пей выдал задание каждый день страдать. Мне и этого хватит. С головой. Остальные же проблемы буду решать по мере поступления.
Так я думал, когда выходил из здания Такена и шёл к себе. Уже на лестницу вступил, подниматься начал, как послышался шорох, и на меня сверху свалилось нечто. В захват взяло и на ухо жарко прошептало:
— Братик, а давай торт украдем!
* * *
То, что эта квинтэссенция непосредственности, демон хаоса, смогла меня уговорить на диверсионно-воровскую деятельность внутри крепости, лучше всего доказывало, что в то время я пребывал в не самом лучшем психологическом состоянии.
Тамара проследила, куда я иду, спряталась под потолком и «напала» сверху. Это у неё игра такая. А мне напоминание, что моя чувствительность так и не восстановилась. Кое-как выбравшись из захвата, а ручки-то у неё стальные, я задал, в общем-то, резонный вопрос:
— Какой ещё нахрен торт?!
Ну, это после того, как подавил желание прибить её на месте за такие шуточки.
— Сладкий? — неуверенно спросила Тамара то ли себя, то ли меня.
— Да понятно, что торты сладкие! Зачем ты его красть собралась?
— Чтобы съесть, конечно же!
Логично, не поспоришь.
— Тамара, хватит мне мозги выносить. — попросил я. — Воровать нехорошо.
— А украсть торт? Торт — это исключение!
Нет, определенно, надо поучиться железобетонности аргументации у этой девушки.
— Откуда ты собираешься его красть?
— Из столовой, — как само собой разумеющееся ответила Тамара.
— С чего ты взяла, что они там есть? Торты готовят по особым поводам. Просто так они там не лежат.
— Да-а? — протянула она разочарованно.
И столько неподдельной печали было в её голосе, что я возьми и ляпни:
— Да, его готовить надо.
— Так давай приготовим! — мигом сориентировалась она.
— А ты умеешь? — попытался я охладить её пыл.
— Нет, а ты? — с надеждой спросила юная ситкартка.
— Неа. Поэтому и воровать нечего, — заключил я, думая, что на этом моё ментальное изнасилование закончится.
Хотя от торта бы я не отказался.
* * *
Эта история имела продолжение тем же вечером. Тамара от меня отстала, и я наивно полагал, что девушка отказалась от идеи. Вместо этого она побежала узнавать рецепт. Спрашивая всех учеников, с кем успела подружиться. То есть довольно многих, как оказалось.
Ну и нашла. После чего прибежала ко мне, подбивая на идею проникнуть ночью на кухню, чтобы приготовить торт. Парни в этот момент были в комнате.
— Глупая затея, — высказался Тим. — Наставники точно увидят и головы вам поотрывают.
— Да, рискованно, — согласился Верс.
— Я с вами! — заявил Шупа. — Чур мне два куска!
— Это кому второй? — с подозрением спросил Тим.
— А Джихе принесу, — залихватски ответил парень.
На это Тиму крыть было нечем. Я даже в его глазах зависть заметил. Не уверен, что из-за Джихи, но какой-нибудь другой девчонке, которую ночью (!) можно угостить кусочком тортика — почему бы и нет?
В общем, теперь меня уговаривали двое. План строился на применении моего плаща. Который можно было растянуть на три тела.
Я поворчал для вида, а потом
