забор кувалдой и поверните направо! Потом снесите два дома, выпрыгните из окна и круто поверните налево! Вы достигли пункта назначения!»
Берсерков поблизости видно не было, и оба шнеппера, которые Макар нес один в правой руке, а другой в левой, не находили должного применения. Напротив, они представляли всем угрозу, поскольку Макар размахивал ими, поскальзываясь на грязи. Под конец один шнеппер у Макара отобрали, и тогда он стал бегать со вторым, за каждым поворотом выставляя его вперед и выцеливая темные арки. За короткое время он до полусмерти напугал двух старушек, гулявших с собаками. Под конец Фреде это надоело, и она вознамерилась отобрать у Макара и другой шнеппер, произнеся при этом непонятную фразу:
– Поднимите руки, у кого нет мозгов!
И, хотя рук никто не поднял, все при этом почему-то посмотрели на Макара.
– А если это не бабулька, а опять какой-нибудь оборотень? А? Че ты скажешь? – заорал Макар, как обычно желая взять голосом.
– А собака тогда кто? Гиела под мороком?
– Точно! Надо прицелиться и посмотреть на реакцию! Если бабка вскочит на свою таксу и поднимется в воздух – то берсерк! А если на пса вскакивать не будет – то, значит, просто бабулька! – завопил Макар в полнейшем восторге.
– Нет, я с таким психом рядом не пойду! Еще полицию кто-нибудь вызовет. Сашка, возьми его шнеппер! – потребовала Фреда.
– Сейчас не могу… Кирилл, возьми! – произнес Сашка рассеянно.
– А ты почему не можешь?
Сашка, телефон у которого сел еще вчера, отслеживал их маршрут по бумажной карте.
– Смотрите! – сказал он, показывая на черную маркерную линию. – Вот наш путь! Мы идем не по прямой, а как бы по улитке. Вот вчерашняя улитка, а вот сегодняшняя… Причем вторая улитка даже в стороне от первой! На что это похоже?
– На то, что двойник новой главной закладки в Питере?
– Нет. Если двойник камня в Питере, то почему новая улитка сегодня не там, где была вчера? Закладка перемещается? Едва ли… Скорее мы ищем кого-то, кто вчера был в одном месте, а сегодня в другом.
Будто для того чтобы подтвердить правоту Сашки, стрелка из десяти пчел, с одной Даниной пчелой, летевшей чуть впереди, резко свернула к облезлому дому и, теряя четкие очертания, врезалась в жестяную вывеску
«ЭКСКУРСИОННОЕ БЮРО
ГРАД И. ПЕТРОВ».
Врезавшись, пчелы тяжело свалились с вывески и небольшим суетливым роем не то низко полетели, не то закатились по ступенькам на маленькое крыльцо. Все свидетельствовало о том, что когда-то тут была отдельная квартира, переделанная в офис.
– Так. Ясно, – строго произнесла Фреда и толкнула дверь.
Остальные последовали за ней. Вся толпа втиснулась внутрь и тотчас, перестав быть толпой, распалась на отдельные личности, каждая из которых вела себя в соответствии со своими привычками. Даня засмущался и стал ерзать ножкой. Сашка кашлянул в кулак. Лена опустилась на стул. Макар зачем-то оценил взглядом обстановку, проверил, хорошая ли в офисе техника и не лежит ли где-нибудь на краю стола айфон. Лара, еще никого не видя, улыбнулась в пространство, чуть выпрямилась и выставила вперед колено.
Одна Фреда осталась Фредой. Разве что стала Фредой в квадрате. Подошла к столу и строго посмотрела на сидящего за ним молодого человека, который при виде такого нашествия вскочил и отбежал за спинку стула.
– Здравствуйте! Это «Град Петров»? – твердо спросила Фреда.
– Просто «Град». И. Петров – это я. Фамилия моя такая. Петров. Игорь Петров! – обретая смелость, сказал молодой человек.
Сказал очень охотно. Было понятно, что ошибаются часто, и он всегда готов к этой ошибке, и даже, возможно, и вывеску такую сделал, чтобы ошибались. Пока он говорил, все разглядели, что лицо молодого человека украшено щеголеватой вандейковской бородкой, а в ухе у него серьга.
Тем временем обладатель серьги и бородки окончательно оправился от удивления.
– Очень хорошо, что вы обратились именно к нам! Имеющийся в нашем распоряжении компактный, но комфортабельный автобус «Мерседес Спринтер» позволит вашей группе осмотреть наиболее выдающиеся достопримечательности нашего замечательного…
На этом месте И. Петров застыл, потому что обнаружил, что к его голове по воздуху несется рой золотых пчел. Достигнув его лба, пчелы распались на одиночек и окружили голову Игоря Петрова чем-то вроде нимба. В ужас молодой человек не пришел. Он посмотрел на пчел, потом повнимательнее на своих гостей и, обнаружив на руке у Сашки нерпь, удовлетворенно кивнул.
– Шныры? – спросил он как будто немного небрежно.
– Миражист? – с такой же интонацией спросила Фреда.
Молодой человек вздрогнул:
– Как вы догадались?
– Вы знаете о шнырах, можете произносить это слово, понимать, что оно означает, но при этом вы не шныр и не ведьмарь, – сказала Фреда.
– Да, – с достоинством подтвердил молодой человек. – Я миражист. А еще точнее – Карл I, король Англии, Шотландии и Ирландии. Однако в России я инкогнито, поэтому прошу…
Даня поклонился:
– Конечно, ваше величество! Ваша тайна будет сохранена! Ваша политика вызвала восстание в Шотландии и английскую революцию. Вы были казнены в 1649 году. В момент казни вы вели себя величественно.
Сашка с Риной уставились на Даню, а потом сразу на И. Петрова, любопытствуя, как тот воспримет информацию о своей смерти. Однако Карл I только слабо усмехнулся. Такие мелочи никогда не смущают истинных миражистов.
– Разумеется. Однако казнен я не был. Вместо меня обезглавили моего слугу, очень на меня похожего… Меня же спас Ворчало. Он разметал стражу и помог мне бежать.
– А кто такой Ворчало? – Макар под прикрытием спины Кирюши опустил в карман красивую чайную ложку и теперь нежно присматривался к банке с кофе, к которой эта ложка прилагалась. Макару пришло в голову, что банке без ложечки будет одиноко и хорошо бы, чтобы они и дальше оставались вместе.
– Ворчало – это я! – прорычал кто-то сзади, и ноги Макара оторвались от пола.
– Задушишь! Отпусти! – прохрипел Макар, шея которого была стиснута точно железными клещами.
Однако Макара отпустили не прежде, чем обшарили все его карманы. Из бокового достали ложечку и сухарик. Кто-то сунул сухарик в рот. Послышалось хрумканье.
– Ворчало любит сухарики… А ложечку нашу больше не трогай! И кофе не трогай… Вообще ничего не трогай! Ты понял? – потребовал Карл I.
– Х-хорошо, – выдавил Макар.
– Обещаешь?
– Д-да.
– Поставь его, Ворчало! Он хороший, просто ему понравилась наша ложечка! – велел Карл Английский, и ноги Макара наконец коснулись пола.
Макар с гневом обернулся, собираясь возмутиться, но крик замер в его груди. Перед ним стоял громаднейший из людей, каких ему когда-либо приходилось встречать. Причем громаден он был не ростом, отнюдь нет. У него
