во всех рудных системах появилась своя орбитальная фабрика, свой пакгауз, флот малых буксиров, был заключен договор с Министерством освоения на отгрузку сплавов с принадлежащих ему станций освоения. Так были получены налоговые льготы фронтира.
Ханни:
— В чем тут выгода, кроме налогов?
Капитан Шекспир:
— Все очень просто. В любой звездной системе есть станция освоения, принадлежащая Министерству…
Ханни:
— Вынуждена тебя поправить. Станции принадлежат Военному флоту, Министерство освоения только управляет их гражданской деятельностью. Продолжай, пожалуйста.
Капитан Шекспир:
— Да, все верно, но не имеет особого значения. Шахтерские поселения раскиданы по всей системе, и расстояния от них до станции могут быть десятки астрономических единиц. Это миллиарды километров. Шахтеру приходится добывать много металла, чтобы обеспечить полную загрузку корабля, что очень долго. Но если у тебя есть буксир, то достаточно заполнить один стандартный контейнер, и буксир разгонит его до 20-40 км/сек, в сторону станции. Далее, этот контейнер в свободном полете летит много дней или даже 2-3 месяца. Около станции его поймает другой буксир, затормозит и складирует в пакгауз. Контейнеры со всех шахт стекаются в одно место, что позволяет прыжковому контейнеровозу совершать регулярные рейсы по вывозу продукции. Именно вот в эту инфраструктуру Дизард вкладывает немыслимые деньги практически во всех секторах, кроме Сол.
Ханни:
— Пока все выглядит как хороший бизнес. Кроме эпизода с пиратами, разумеется.
Капитан Шекспир:
— Это делает не только один Дизард, но и другие картели, самые крупные среди них — Бунше и Траваро, они десятилетиями выстраивали логистику и сбыт. И тут врываются эти отмороженные, во всех смыслах, если вспомнить их вулканское происхождение.
Ханни:
— Вулкан — это жаркая планета, разве нет?
Капитан Шекспир:
— Поэтому «отморозок» для них дважды оскорбление. Бряцая оружием, они навязывают контракты независимым прыжковым контейнеровозам, обогатительным фабрикам, и выходят на крупные поставки корпорациям. Как раз случилась техногенная катастрофа на Кебрион-1, где лишились своих рудных запасов Уэйн-Юанти и Амальгама. Для второй это может и не так важно, но вот первая корпорация критично пострадала и была вынуждена закупать крупные партии сплавов на рынке, где сильно выросли цены. Дизард вложили более миллиарда кредитов в инфраструктуру, немыслимая сумма.
Ханни:
— Да уж, бюджет некоторых планет меньше будет.
Капитан Шекспир:
— Через 2 года терпение Бунше и Траваро закончилось, они решили усмирить выскочек. Карранда начала делать рейды в системы, подконтрольные Дизарду, устраивать засады, захватывать грузовозы. Пираты брали заказы с обеих сторон, один и тот же корабль мог сегодня воевать за одних, а завтра уже против них. Но у Бунше и Траваро было много и собственных кораблей, а также на их стороне иногда выступала милиция того или иного сектора.
Ханни:
— Почему милиция была на их стороне?
Капитан Шекспир:
— Синдикаты-конкуренты были законными владельцами активов и контрактов. Не всегда, конечно, но часто. Везде, где можно, они обращались к властям секторов и планет за защитой. Некоторые корабли получали патенты вольных шерифов, а значит, их действия хоть как-то подкреплены законом. Ближе к 2516 году казалось, что Бунше и Траваро берут верх. Но тут, наконец, федеральное правительство, которое все эти годы металось туда-сюда, решило вмешаться в происходящее. Крупные силы полиции провели спецоперацию в секторе Хель, где были пойманы несколько кораблей Карранды, но основной удар пришелся на противников Дизарда и еще десяток нейтральных картелей. Боевые действия ширились, Писко, ДукКат и Ломсиано присоединились к коалиции против Дизарда. Опосредованно присоединились еще картели Лоуренцо и Чуданга, как наемники. Дизард же раздобыл с десяток списанных боевых кораблей, F и I-класса. Стало очевидно, что федеральная власть играет на их стороне. Как минимум, одна из группировок этой власти. Но информация получила широкую огласку, скандал вспыхнул как сверхновая.
Ханни:
— Я помню эти события, закончилось отставкой Генерального прокурора. К 2521 году конфликт был полностью урегулирован, стороны подписали мирное соглашение. Скажите, Капитан Шекспир, какова была ваша роль, и вашего корабля, в происходящем?
Капитан Шекспир:
— Именно в эти годы мой корабль приобрел репутацию надежного «убежища». Когда картели палили в друг друга, выстрел часто попадал в атмосферный купол, и надо было спасать людей.
Ханни:
— Как у них получалось дождаться вашего прилета, если купол разрушен?
Капитан Шекспир:
— По-разному. Иногда запирались в шахте, именно по этой причине реактор и оборудование для жизнеобеспечения стараются разместить на ее верхних горизонтах, чтобы можно было дождаться помощи. Вы удивитесь, мисс Ханни, но зачастую шахтеры даже не останавливали добычу, ожидая спасателя.
Ханни:
— Ранее вы сказали, что у вас только одно посадочное место на корабле, как же вы спасали шахтеров?
Капитан Шекспир:
— Мы стыкуем к кораблю спасательный модуль, он всегда есть на любой станции освоения. Размером этот модуль как стандартный транспортный контейнер, внутрь можно упихать до 20-25 человек и включить глубокий сон. Людей в шахтерском куполе обычно не более этого числа. А если больше, то вылетят два корабля. Там, где нет возможности укрыться в шахте, люди сразу запираются в своем спасательном модуле, включают глубокий сон и молятся Великому Ничто.
Ханни:
— У них есть свой спасательный модуль? Зачем же вы берете еще один на станции?
Капитан Шекспир:
— Таков протокол. Людей может быть больше или модуль имеет неисправность. В этом случае мы пристыковываем оба модуля к кораблю и переносим людей из одного в другой, некоторых или всех.
Ханни:
— Переносите, прямо в режиме глубокого сна?
Капитан Шекспир:
— Да. Длительный глубокий сон опасен, оживлять людей мы можем только в критической ситуации. Когда вы летали на пассажирском корабле, наверняка обратили внимание, что он движется короткими прыжками, с длинной не более 2-3 суток. После каждого прыжка лайнер проводит еще сутки, как минимум, пристыкованным к станции. Это сделано для того, чтобы минимизировать риск глубокого сна. Мне же доводилось прилетать на спасение, когда люди находились в модуле 2-3 недели. После такого надо проводить реанимацию в специальном медицинском центре, поэтому модуль необходимо отвезти именно туда. Вот, мы всегда довозим пассажира.
Ханни:
— А непосредственно в боевых действиях доводилось участвовать?
Капитан Шекспир:
— Доводилось… (капитан Шекспир сделал длинную паузу, как будто этот вопрос всколыхнул воспоминания). Бывали случаи, когда, прилетев на сигнал маячка мы натыкались на пиратский корабль, и приходилось отстреливаться.
Ханни:
— Это всегда были пиратские корабли?
Капитан Шекспир:
— Всегда. Нападение
