спросим. Как он собирался подорвать гексоген?
— Был задействован провод, который снимает статистическое электричество с корпуса корабля. По нему можно подать напряжение и в обратном направлении, о чем инженер прекрасно знал.
Офис СБ был тесным, стулья жесткими, поэтому Гэри предложил полковнику прогуляться до Бабочки-Луны. А затем — сразу к Нан Шмидт, и поэтому не плохо бы прихватить пару дроидов. Прогулка способствует размышлениям, полковник согласился.
— Предположим, что три манипулятора выйдут из строя, после того как «Addams Glory» причалит…
— Почему именно после? А не до или во время причаливания?
— Видишь ли, Грегор. Если бы Шмидт хотел взорвать до или во время причаливания, то использовал бы иной взрыватель. По плану, корабль должен был причалить рано утром, и он это знал. Не оставалось времени на поиски и запитывание нужных кабелей. Он явно рассчитывал совершить подрыв немного позднее.
— Зачем?
— Мне приходит только одно, чтобы прибыть на корабль, — Купер развел руками.
— Примем как черновую версию. Шмидту что-то нужно на корабле, и он придумал способ прибыть туда по делу и надолго. Если повредить три манипулятора, корабль слегка стукнется об станцию, будет множество мелких повреждений или не очень мелких… Инженерная лаборатория получает контракт на ремонт… я ничего не упустил? — рассуждал полковник.
Они подошли к лифтам четвертой палубы, далее по улице располагалась биолаборатория. Несмотря на раннее утро, там вовсю кипела какая-то работа. Через панорамные окна было видно, что ученые разговаривают друг с другом, а у входа почему-то молча стояли Бесекерский и Кейла Арнольд. Они что, поругались?
— Пока все верно.
— Тогда скажи, зачем ему на корабль?
— Похитить техно-кристалл?
Полковник собирался что-то ответить, но в этот момент раздался…
БОЛЬШОЙ БА-БАХ!!!
Оба инстинктивно упали на пол, Зимин при этом выхватил пистолет. Кейла упала наравне с ними, а вот Бесекерский остался стоять как столб. Пару минут из биолоборатории раздавались звуки грохота и падающих предметов. Военные (полковник и майор) вскочили и бросились внутрь, дроиды — за ними.
Бесекерский озирался и, увидев Купера, сделал два шага к нему.
— Гранда инфинити! Что это?
— Похоже на взрыв, парень.
— Что могло так взорваться?
Двери были распахнуты, и в коридор донесся дым из лаборатории. Пахло горелым… и миндалем. Купер усмехнулся.
— СБ разберётся. Иди, помоги им.
— Аа…, а ты?
— Я тоже помогу, но в другом месте.
Купер, не торопясь, отправился дальше, по плану была Бабочка-Луна и завтрак. Тем временем полковник выяснит подробности и придет туда же. Что и случилось спустя 40 минут, Купер уже доедал гренки с сосисками.
— Что произошло?
— Теракт.
— Взорвались грибы с Александрии?
— Ты удивишься, но тут опять гексоген.
Зимин демонстративно переключился на выбор и заказ завтрака, оставляя собеседника в неведении как можно дольше. Купер стоически терпел… рано или поздно ему все расскажут. И оказался прав:
— Взорвался малый анализатор. Произошел сбой программы, вместо качественного анализа образца, он запустил его синтез. А в конце выдал электрическую искру, опять же случайно.
— Ты сам-то веришь в такие случайности?
Полковник молчал, ему принесли завтрак, он быстро и аккуратно все съел и встал, махнув рукой в сторону лифта. Отсутствие ответа означало отрицательный ответ. Грегор не верил.
Инженерная мастерская располагалась на девятой палубе. Это было неожиданным вариантом, но чета Шмидт настояла на таком в самом начале, несмотря на то, что им полагалось просторное помещение четвертой палубы. Столь высоко на станции тяготение было низким, примерно 10% стандартного, а кориолисово смещение становилось более заметно: как бы ты не делал шаг, нога опускалась немного ближе, если идти против вращения станции, и дальше — если наоборот.
Подойдя к дверям мастерской, они услышали голос Нан:
— Заходите, господа. Заходите.
Грегор и Гэри переглянулись. Откуда она узнала об их визите?
Внутри был творческий беспорядок…, но только на первый взгляд. Обилие деталей, больших и маленьких, были разложены по своим местам, очень аккуратно и… гармонично?
В центре мастерской высилась здоровенная конструкция, окруженная рамой, в которой с трудом можно было опознать маршевый двигатель корабля. Нан выбралась из ее недр, на ней был рабочий комбинезон, длинные седые волосы заплетены в косу. Длинные прически не были в ходу на фронтире, Нан являла собой исключение из данной традиции. Любого инженера или механика на станции можно было опознать по обилию деталей и инструментов в разнообразных кармашках, но у пожилой женщины не было ничего подобного. Все детали и инструменты были разложены на своих местах, крепились на раме или стендах вокруг.
Нан приветливо улыбнулась и махнула рукой в сторону чайного столика. Пузатый чайник распространял аромат свежезаваренных трав и ягод, рядом стояло три чашки.
— Ждали гостей, миссис Шмидт?
— Разумеется, комиссар. Вы и мистер Купер должны были явиться еще 40 минут назад, и, раз вы задержались, то, стало быть, уже позавтракали. Поэтому я взяла на себя смелость не предложить вам оладушки с джемом.
Зимин посмотрел на Купера, затем, усевшись за столик, пристально посмотрел на хозяйку, слегка барабаня пальцами по столу.
— Не стесняйтесь, комиссар.
— По какому поводу не стесняться?
— Вы хотели спросить, как я догадалась о визите.
— Допустим. И как?
— Мистер Купер склонен считать меня организатором теракта в биолаборатории. Но об этом позже. Рано или поздно вы бы пришли поговорить о смерти Томаса. Вам чай с сахаром или молоком?
Зимин покачал головой, а Купер выбрал вариант с сахаром.
— Эта смерть — такая трагедия…
— О да, мистер Зимин. Обязательно попробуйте печенье. Я испекла его утром, в надежде на ваш приход.
— У вас, наверное, много вопросов о произошедшем?
— Упасть в пропасть и разбиться — большая неприятность. То, которое ближе к вам — песочное. Оно с корицей и цедрой лимона. Альдейский лимон, редкость для нашей станции!
— Как вы узнали, что Томас упал и разбился? — спросил Гэри, — мы этого не говорили.
— И никто не говорил. Но как еще можно умереть в доке? Только упасть вниз. А вот эти — с заварным кремом, всего две штуки, попробуйте.
— Благодарю, миссис Шмидт, — Купер придвинул тарелочку и взял одно из печений с заварным кремом. Оно было необычным… как будто слегка безвкусным.
— Ваш муж говорил вам, зачем он туда пошел? — Зимин продолжил задавать вопросы.
— В этом нет никакой необходимости. Причиной мог быть только плановый ремонт. Вот он и
