выудила ещё один документик.
— Бурундуков Илларион…
Сержант глянул мне в глаза.
— Я не понял, — проговорил он, — начальник РОВД по Ботанике — твой отец?
— Он самый, — кивнула я.
— А я думаю, почему фамилия знакомая. Мы провожали его на кладбище два года назад.
Он потоптался на месте и вытащил из кармана мои документы.
— Просто увидели, как мотоцикл вильнул, и подумали, что вы пьяные. Неувязочка, товарищ Герой Советского Союза. Только вы уж поаккуратнее. Не попадите в аварию.
Я убрала документы в сумочку, а оба сержанта мгновенно исчезли в утробе своего автомобиля.
— Они уехали, — сказала Инга, глядя им вслед.
— Конечно уехали, — согласилась я. — А ты, пожалуйста, надень шлем, обхвати меня и не шевелись. Понятно? А то на каждом повороте будем с ментами беседовать. Так и до утра недалеко.
— Ага.
— Ну вот и чудненько.
Глава 4
Лена встретила нас при полном макияже, словно только привела себя в порядок и собиралась на весёлую тусовку.
— Шлемы можете положить сюда, — показала она на столик и сделала незаметный знак глазами в сторону Инги.
Я в ответ дважды моргнула и представила девчонку.
Лена критически глянула на неё и сказала:
— Кстати, Ева, у меня для твоей подруги есть классный костюмчик. Она не хочет примерить? Уверена, на ней будет сидеть просто шикарно, — и вопросительно глянула на меня.
Инга растерянно оглянулась.
— Конечно, хочет, — убедительно сказала я. — Приехала в гости спонтанно, и все вещи дома. Нам бы трусики, маечки, пару платьев глянуть и костюмчик обязательно. Ну и что-нибудь по мелочам.
Инга попыталась отбрыкаться.
— Не торопись, сначала померяй, а потом будешь отнекиваться. Лена тебе плохого не предложит. Я сама у неё отовариваюсь уже не первый год. Вещи — секонд-хенд. Новые, хорошие вещи практически за бесценок.
— Это как? — переспросила Инга.
— Давай сначала померяешь, прикинем, как ты выглядишь, а потом обсудим.
— Я не знаю, — растерянно проговорила подруга, но Лена сразу взяла её в оборот и разложила на диване пару шикарных платьев, юбку, блузку и джинсовый костюм. Ну и трусики-недельки. Мне такие не нравятся, но Инга, увидев их, пришла в восторг. В самом деле, не бикини же ей предлагать. Трусики попку должны прикрывать, вдруг ветер юбочку взметнёт, а она девочка скромная.
Пока Инга примеряла платья, которые, кстати, на её фигурке прекрасно сидели благодаря Ленкиному глазу, я потягивала кофе и незаметно подмигивала хозяйке квартиры.
Также подобрали пару туфелек и босоножки.
— На семьсот рублей вместе с рюкзаком, — шепнула мне Лена.
Я кивнула и незаметно передала ей деньги.
Когда Инга примеряла последнее платье, я резюмировала:
— Забираем всё.
— Как всё? — перепугалась подружка. — Только трусики и вот то красное платье.
— Инга, расслабься, за всё про всё всего сто рублей. Ты такие цены нигде не найдёшь.
— Сто рублей? — она с сомнением оглядела диван. — Не может быть.
— Я же сказала, Лена заведует секонд-хендом. Как тебе объяснить? Из Болгарии сюда поступают вещи уже не новые и совершенно бесплатно. Там за сто килограммов около трёх рублей платят.
— Но это же новые вещи, на них даже этикетки стоят.
— Правильно, — согласилась я, — среди них бывают и новые вещи. Вот Лена их сортирует и новые выкупает с последующей продажей. Поняла? Работа у неё такая. В Бельцах такого нет, но это и понятно. Вещи поступают исключительно в столицу. Ясно?
Секонд-хенд, конечно, ещё не существовал, во всяком случае, в СССР, но откуда ей знать, что это вообще такое?
— Я уже заплатила, и не будем спорить. Приедем домой и там всё решим. Ты же хочешь быть красивой рядом с Виталиком?
Она и так была вполне миленькой, но, как говорится, обуть, приодеть, накрасить — и готова конфетка.
— А откуда я взяла это? Он же спросит.
— Как откуда? Купила, дома лежало. Ты ведь с мамой разговаривала, вот и попросила передать вещи с водителем автобуса, а мы утром спозаранку сбегали и забрали.
Инга похлопала глазами.
— Потом, — сказала я ей, — пакуй вещи в рюкзак и поехали. У Лены ещё дел по самое горло.
Пока Инга переодевалась, я сама всё упаковала, а то она превратилась в какой-то тормоз.
— Надеюсь, с мотоцикла не свалишься? — спросила я её, прикидывая, где разместить рюкзак, чтобы он не перевесил девчонку. Не придумала. Рюкзак был немного меньше моего и потому раздулся, как колобок. Пришлось, как следует пристегнуть его к Инге и напомнить, чтобы крепко обхватила меня и не вздумала крутиться в разные стороны.
Нытьё началось уже в гараже.
— Ева, а ты сможешь вернуть ей вещи и забрать свои деньги? — спросила она, едва я заглушила двигатель перед воротами.
— Тебе не понравились? — задала я встречный вопрос.
— Понравились, но у меня нет ста рублей, чтобы отдать тебе.
— А кто тебе сказал, что мне их нужно отдавать прямо сейчас? Вот вырастешь, закончишь школу, выучишься на кого — у тебя мечта есть — и начнёшь зарабатывать. Вот тогда я к тебе явлюсь и потребую должок, — я хихикнула, но девчонку это не рассмешило.
— Помоги закатить мотоцикл, — сказала я, чтобы её отвлечь, и когда она упёрлась в багажник, — добавила, — сейчас не будем ничего с кондачка решать. Примем душ, выспимся, и завтра ещё раз всё перемеряешь. Хорошо?
Она подумала и согласилась.
Ну вот что за человек. Действовать нужно всегда по одному плану: дают — бери, бьют — беги.
Инга бюстгальтеры не носила. У неё были два небольших холмика, и поддерживать там нечего было. Она после душа сняла халат и забралась под простыню только в трусиках, и мне стало как-то не по себе. С голой женщиной в одной постели мне до сих пор спать не приходилось. Пусть не совсем женщиной и не совсем голой, но мне тоже пришлось лечь в трусиках. Выбрала самые скромные для этого.
— У тебя классная грудь, — с завистью рассматривая меня сказала Инга. А потом шёпотом спросила: — Сама выросла или ты что-то принимала для этого? У нас в классе у одной девчонки тоже большая, примерно как у тебя или чуть меньше. Так она говорила, что каждый год на грязи
