ты пойдешь со мной? – с легким страхом спросила Мари. Надо же! Его девочка, храбро сражавшаяся с Ардой и Мартисом, боялась увидеть своего раненого друга.
– Конечно. – Аль заставил себя улыбнуться. – Идем, родная.
Берт спал. Его грудь покрывали бинты, но из-под них виднелся черный след – отпечаток молнии, которая запустила остановившееся сердце этого храброго мальчика. Альберт едва не заплатил жизнью за затею Аланела. И заплатил бы, окажись Астар чуть слабее. Аль покачал головой. Не стоило этого допускать. Но если не так, то как? Хотя где гарантии, что Астар успокоится? И пророчество исполнено? Нет гарантий. Только надежда. Как и всегда.
Мари присела у постели Берта, накрыла своей ладошкой его руку.
– Выздоравливай скорее, – шепнула на ухо. – Мне тебя не хватает.
И снова смахнула слезы. Посидела немного, а затем они с Алем вернулись на свой пост у двери. Прошло еще около часа, когда из-за второй двери показался целый консилиум – Мия, Найт, Шип, Теон, Лиада и Гарден. Эленций тоже был с ними, но умчался помогать брату, видимо, пока Мари и Аль навещали Берта.
– Что там? – Аланел поднялся навстречу товарищам.
– Как сказать… – Лиада тяжело вздохнула.
– Прямо говори, – обернулся к ней Киримус, и щеки девушки вспыхнули. Поженились бы уже, что ли? Зачем ходить вокруг да около?
– Жить будет, – вместо коллеги ответила Зимия. – Твои выпускники сняли с Асти последствия заклинаний Берта. С ментальными занозами Арды оказалось сложнее. Я их вытащила, конечно, но это ведь продолжалось годами. Вы что, ослепли?
– Конечно нет, Мия. – Аль покачал головой. – Но мы думали, это последствия стресса. Я говорил Дару, что надо как-то с этим бороться, а он сказал оставить ребенка в покое. Мол, перерастет.
Мия пробормотала что-то в адрес заносчивого идиота, который по воле случая назывался ее братом и кроном Арантии.
– И что теперь? – в отчаянии спросила Мари. – Астар поправится?
– Рано об этом говорить, – ответила Зимия. – Он выживет. Это несомненно. Да, очнется не скоро. Но тогда начнется самое сложное. Никто не может сказать, каким мы увидим вашего друга. В своем ли он рассудке, или же его личность разрушена.
– Он спас Берта! Конечно, Асти в своем рассудке, – выпалила Мари, сжимая кулачки.
– Тише, дочка. – Аль попытался угомонить Мариетту, но когда это кому-то удавалось?
– Подожди, папа! Там, на поляне, Астар сдерживал Мартиса как мог. И Изми на него отреагировал. Вы хоть Изми забрали?
– Само собой, меч у Дара, – ответил Гарден. – Сама знаешь, некровным родственникам его лучше не касаться, это может быть опасно.
«И правильно, а то лапают всякие, – прогудел Реус, ларабанский меч самого Аля. – А потом камни из рукояти пропадают».
Аль улыбнулся. А Реус ведь прав. И Мари права. И вообще все не может стать еще хуже, ведь правда?
– Давайте не будем строить предположения, а дождемся пробуждения Асти, – предложил Аланел.
– Я пойду к нему! – На этот раз Мари не спрашивала, да ее никто и не останавливал. Аланелу оставалось только идти вслед за дочерью.
Асти выглядел так же скверно, как и Берт. Такие же бинты, такая же мертвенная бледность. Кэрри сидела у постели сына и ласково гладила его по волосам.
– Аль? – Она подняла заплаканное лицо. – Мари, девочка моя, как ты?
– Я в порядке, – ответила Мариетта. – А как Асти?
– Спит. – Кэрри тяжело вздохнула. – Аль, пожалуйста, пусть Делла побудет у вас. Ей там и веселее с твоими мальчишками, и безопаснее. А здесь… Здесь пока скверно.
– Конечно, Милли присмотрит за ней, – пообещал Аланел. – Астар поправится, Кэрри. Вот увидишь.
– Да-да. – Кажется, кронна едва слышала его. – Это все моя вина. Я не заметила, как мой сын попал под влияние Арды. Как это могло случиться? Почему мы с Даром раньше этого не поняли?
– Я не знаю, – ответил Аланел. Он и сам не понимал. Но кто знал, что Арда не оставила город, а продолжает наведываться к внуку и постепенно сводить его с ума?
– Это безумие, – прошептала Кэрри. – Моему мальчику всего восемнадцать. За что? За то, что он был таким добрым ребенком? И доверчивым…
– Его титул – это проклятие, – вздохнул Аланел. – Тебе ли не знать? Мы пойдем, Кэрри. Вернемся утром. Если что, буди.
И увлек за собой Мари, потому что дочь снова начала всхлипывать. Наверняка за день израсходовала годовой запас слез.
– Иди отдыхать, – приказал ей Аланел. – От того, что ты тут сидишь, мальчикам легче не станет. С ними их родители, этого достаточно.
– Хорошо, – смирилась Мари. – А ты?
– А я загляну к Дарентелу, напишу твоей матери и тоже лягу. Ступай.
Мари ушла, а Аль прошел к кабинету крона. Как он и ожидал, Дар был там. Перед ним лежала кипа магических конвертов. Одни он отправлял, другие прибывали. Два секретаря боялись даже пошевелиться, чтобы не навлечь высочайшего гнева.
– Идите, его величеству вы этой ночью больше не понадобитесь, – сказал беднягам Аль, а Дарентел грозно взглянул на него, но махнул рукой, отпуская несчастных.
– Что там с Луазией? – спросил Аланел, присаживаясь в свободное кресло.
– Извинился, – ответил Дарентел. – Списал на происки заговорщиков. Извинения приняты, но осадок остался. Думаю, могут быть проблемы.
– Еще бы, учитывая, что Луазия не забыла, где погиб ее король. Жаль, Берта совсем не интересует трон его отца. Из мальчишки получился бы хороший правитель.
– Он еще молод, – ответил Дар. – Повзрослеет – подумает. У него хотя бы есть право выбора.
– И у Астара есть.
Дарентел пожал плечами. Он не желал разговаривать, это было заметно. Аль только вздохнул. Как Мари перевыполнила норму слез, так и он превысил норму вздохов.
– Асти справится, – сказал крону. – Слышишь? Ты же справился. А он – твой сын.
– Я не хотел для него своей судьбы, Аль. Никогда. И что получилось в итоге? – Дарентел откинулся на спинку кресла.
– Пока еще все можно исправить. А ты иди к сыну, потом ложись. Если ты умрешь на самом деле, Астару это точно не поможет.
– Мия сказала мне то же самое, – усмехнулся Дар. – Хорошо, сейчас пойду. К демонам Луазию. И все остальное тоже.
– Дружище, а можно задать не очень приятный вопрос? Что ты собираешься делать с Ардой?
Дар потер виски. Видимо, не знал, что ответить.
– Я не могу ее казнить, – произнес наконец. – Она моя мать, Аль. Да, я страшно зол на нее, но не желаю, чтобы она умерла, веришь? Так что запру в тюрьму, приставлю стражу. А если она выберется… Ну что ж, может, наконец получит то, что хочет. Мою смерть.
– Плохой вариант, – поморщился Аланел.
– Другого не вижу. Ограничители и тюрьма. Да и Берт расстроится. Арда его вырастила все-таки.
– И чуть не убила.
– У нее такое хобби. – Дар невесело усмехнулся. – Ладно, об
