class="image">
Станция упала в океан. На последних кадрах, словно в издевку переданных «Богом», Джи узнал очертания далекого тихоокеанского побережья с огромной высоты. Именно там теперь покоился Росс – где-то под грудами стальных ферм и пластика, посреди обломков недостроенного рая. В издевку, а может, специально – ведь «Бог» наверняка слышал их с Россом переговоры и знал, что Ворон просил Джи вытащить его. Эту мысль Джи прокручивал в голове, не отпуская и не позволяя уйти, будто спасительную заглушку, не дающую снова хлынуть черному потоку отчаяния.
Хотел ли ИИ, чтобы Джи нашел своего старого друга? Испытывал ли сентиментальные чувства к создателю – если набор команд вообще способен испытывать чувства? Как бы то ни было, «Бог» мертв, а Росса, вполне вероятно, еще можно спасти.
ИИ позаботился о том, чтобы зашвырнуть «Рай» как можно дальше от берегов. Хотя, может быть, он просто позволил станции свободно падать, просчитав ее примерную траекторию. Как бы там ни было, недостроенный гигант рухнул посреди Тихого океана. Пытаться достать оттуда модуль Росса – все равно что стараться в одиночку сдвинуть горы. Чтобы найти станцию в необъятных водных глубинах и суметь до нее донырнуть, понадобится техника, на постройку которой уйдут годы, – если вообще ее можно собрать в текущих условиях. И еще годы уйдут на сам поиск.
Так, должно быть, рассуждал «Бог», злорадно отправляя Росса на дно. К счастью, кое о чем он не знал.
Джи поправил на запястье ремень Крошки. Дисплей наручного «помощника» светился слабо – батарея в очередной раз садилась. Но нужды смотреть на него не было. Полученные координаты «дитя ночи» давно выучил наизусть.
В первый раз они пришли на Крошку через день после закрытия шлюзов. Набор цифр, разделенных пробелом. Что они означают, стало ясно, когда цифры начали меняться: Росс подавал сигнал.
Координаты обновились спустя неделю и с тех пор менялись регулярно. Джи много раз пытался связаться с Россом, но в ответ получал только шум. Он передал несколько сообщений, но дошли ли они – так и осталось загадкой. Зато координаты доходили исправно. По имевшейся в бункере карте Джи проследил отмеченный ими путь – станция или, что вероятнее, отстыкованный модуль двигался в направлении Олд-Йорка. И замер в районе залива Лоуэр через месяц после получения первых координат.
На то, чтобы добраться до залива, ушло три дня. Точнее, три ночи – Джи шел в темноте, пережидая часы палящего солнца в руинах, которые укрывали территорию бывшего мегаполиса густым ковром. Мир все-таки не был окончательно мертв. Несколько раз на пути попадались шакалы, а ближе к побережью – странного вида птицы, отдаленно напоминавшие чаек. И те и другие вели себя крайне недружелюбно, при первой же встрече пытаясь сделать из Джи если не обед, то хотя бы смертельного вражину. К счастью, зверюги передвигались поодиночке, иначе предсказать исход столкновений было бы трудно. Отделавшись парой царапин, Джи заполучил неплохой перекус. Деликатесом назвать эту дрянь было трудно, но она давала возможность не умереть прямо сейчас – кажется, высшую награду в этом новом мире.
Мост Веррацано устоял. Искореженные балки, когда-то пленявшие туристов, по-прежнему гордо высились над потемневшими водами залива. Полотно моста рухнуло, лишь несколько разрозненных фрагментов асфальта зацепилось за арматуру.
Джи вышел на берег залива. Колосс моста чернел прямо перед ним, словно раненый, но непокорный гладиатор, вызывающий на бой.
Ну что ж. Поглядим.
Крайние секции, когда-то упиравшиеся в берега, теперь вгрызались в размытую почву длинными клыками арматуры. Вода в заливе явно поднялась – уцелевшие секции нависали над серыми волнами совсем низко. Порывы ветра всплескивали брызги, швыряя их в изъеденные ржавчиной, как оспой, опоры.
Вода оказалась холодной и вместе с тем странно жгучей – едва коснувшись ее, Джи отдернул руку. Кожу опалило, будто он притронулся к кипятку. Рецепторы совершенно отчетливо уловили прохладу, но покрасневшие пальцы недвусмысленно намекали на легкий ожог. Что бы это ни было, генератор с таким не справлялся.
Джи прикрыл глаза ладонью, вглядываясь сквозь жаркую дымку вдаль. Солнце опять пряталось за тучами, разливая вокруг вялый свет. Но и в этом рассеянном мареве отчетливо были видны опоры моста, сужающиеся книзу. Там, где железо и бетон соприкасались с водой, опоры словно что-то подтачивало, медленно, но неуклонно стирая металл. Когда беспокойные волны слегка отступали, из воды показывалась скрытая ими часть, вся в неровных оспенных пятнах. И граница этой части пролегала как раз по волнам.
Вода. Джи еще раз взглянул на прибой, почти лижущий его ноги, и отступил. В воде явно была растворена кислота – концентрация слабая, но достаточная, чтобы оставить ожоги и истончить за годы металл. Возможно, кислотные примеси попали в залив из каких-то резервуаров, разрушенных, когда «Бог» играл планетой, как теннисным мячиком. Джи прищурился на едва уловимое взглядом течение, заметное посередине серебристой чешуйчатой глади. Воды проточные. Почему они не очищаются?
Он медленно двинулся вдоль берега. Вероятно, резервуар дал трещину недавно – возможность сомнительная, но в целом реальная. Выискивать источник кислоты – дело неблагодарное, которое может растянуться на недели. А этого времени у него нет.
Джи задумчиво смотрел на отливающие металлом волны. Нечего было и думать о том, чтобы нырять в это без всякой защиты.
Мертвый город за спиной выжидал, наблюдая за гостем слепыми глазницами. «Дитя ночи» в последний раз окинул взглядом залив и повернулся лицом к небоскребам.
Извини, Росс, тебе придется еще чуть-чуть подождать.
Искомое нашлось далеко не сразу. Джи обходил квартал за кварталом, скрупулезно проверяя все, что мало-мальски могло быть похоже на магазины подводного снаряжения. Уцелевших домов в городе почти не осталось: Олд-Йорк был слишком привлекательной и крупной мишенью, чтобы свихнувшийся ИИ мог отказать себе в удовольствии сбросить на него парочку бомб. Джи поймал себя на мысли, что снова думает о программе как о живом существе, и досадливо выругался. Эхо разнесло нецензурную брань средь притихших кварталов – слова отразились от искалеченных стен, умноженные причудливой акустикой, и унеслись вдаль, уступив вековой тишине.
Джи кропотливо исследовал одно здание за другим, избегая разве что тех, где по виду было понятно: ничего, кроме осколков, оттуда не вынести. Хмурая погода позволяла почти беспрепятственно двигаться вдоль бывших проспектов – конечно, если не считать препятствиями провалы в асфальте, щерящиеся зубьями разрушенных коммуникаций, и нагромождения битых камней. Но поиски необходимого все равно заняли почти двое суток.
Разумеется, ни о каком сжатом воздухе не шло и речи: нырять предстояло без
