ожидало этих слов. Между сугробами проступили узкие вытоптанные тропы – прямо в снегу, стиснутые с обеих сторон белыми искристыми стенами. Этакие рукотворные лабиринты. Кое-где снежные стены еще хранили на себе следы инструментов, их вырезавших.
– Сюда. – Флекс первым шагнул в лабиринт, приглашая нас следом.
И у первого же дома снег окрасился теплым оранжевым светом. Казалось, свечение исходит прямо из-под земли – но, подойдя ближе, я рассмотрела выкопанное в снежных наносах углубление, скрывающее в своей сердцевине маленькое полуподвальное окно. Свет лился оттуда, невидимый ни со стороны, ни – я была уверена – сверху.
– Это наши raekkehusi – дома, укрытия, – пояснил Флекс, явно наслаждаясь произведенным эффектом.
Я уже привыкла к его мимике, видимой лишь на нижней части лица, и научилась распознавать эмоции. Пальцы вдруг сами потянулись к повязке, закрывающей мое собственное лицо ниже носа. Было что-то холодно-беспощадное в этом нашем сходстве с поселенцем – каждый раз, глядя на него, я чувствовала, как по спине пробегает озноб. Он был слишком похож на меня – и в то же время на шаманку. Как будто кто-то смешал нас с ней воедино и выплавил новую форму, вобравшую в себя черты обеих. Но мне была омерзительна сама мысль о том, чтобы иметь с Улуу что-нибудь общее. А потому я не могла заставить себя смотреть на Флекса хотя бы нейтрально. Весь его облик будто смеялся надо мной. Ненамеренно – но факт от этого не переставал быть фактом.
– В обычное время поселок выглядитзаброшенным, – продолжал поселенец. – Нам не нужно лишнее внимание.
– Что, сюда частенько забредают? – как бы невзначай спросил Джи.
– Нет, конечно. – Флекс передернул плечами. – Кто ж сунется в заброшенный городок?
Мы двинулись дальше по снежному тоннелю. Кое-где прокопанные в сугробах ходы укреплялись подпорками и деревянными каркасами, стоящими здесь, судя по сколам и потемневшей от гнили поверхности, не один год.
– Далековато от дома до дома, конечно, – на ходу рассказывал Флекс, идя впереди, – но так уж раньше строили. Этот поселок ведь стоит еще с самого issilerpoq – со времен холода. Не меньше тридцати шагов между домами, чтобы при пожаре огонь не перекинулся на соседние постройки. Ветра здесь суровые, сами знаете. – Поселенец обернулся. Сверкнули темные линзы. – Если что-то и сохранилось неизменным с тех пор, то это kaavittuliorneq – сильный ветер. Но еще задолго до нас люди научились ставить его себе на службу. Обратили внимание на улицы? Они располагаются строго с севера на юг – по самому частому направлению ветра. Kaavittuliorneq выдувает снег и избавляет от утомительной расчистки.
– На такую площадь и людей-то не напасешься, каждый день расчищать, – заметил Джи.
Флекс остановился. Повернулся к отродью. Он и Джи стояли друг напротив друга – черное против белого. Затемненные линзы поселенца сливались с татуированной кожей, перетекающей в складки меховой куртки. Четкий силуэт выделялся на фоне белоснежной стены. Отродье же весь словно состоял из противоречий – черные глаза на бледном лице, угольные волосы и искристый блестящий снег за ними.
– Ты можешь спрашивать прямо, – сказал Флекс. – Всяко лучше, чем equsaarpoq – юлить. Хочешь знать, сколько здесь жителей? Так я скажу тебе: не много. Все, кого ты видел на подлете.
– Вы не демонстрируете свою силу, – заметил Джи.
– Отчего же? – возразил поселенец. – Или, считаешь, напугать врага можно только легионами воинов? Зажмурься… Чувствуешь? Ты беззащитен. Неизвестность – вот что страшнее всего.
Джи вздрогнул. Открыл глаза – на Флекса уставилась непроглядная чернота.
– Никто не знает, сколько нас, – сказал поселенец. – Считающие, что мало, придут малым числом и погибнут. Считающие, что много, – не придут вовсе.
– И тем не менее вы скрытны, – вмешался Тесла.
Флекс пару секунд буравил его взглядом непроницаемых линз.
– Потому что ненужная бравада уносит больше жизней, чем страх, – наконец произнес он.
Снежный тоннель тянулся вдаль, кое-где мерцая отблесками света из окошек. Длинная кишка тоннеля слегка изгибалась, вихляла в стороны и вновь выпрямлялась, чтобы затеряться в полутьме.
Откуда-то сбоку вынырнула фигура. Мы молча подвинулись к стенам, пропуская ее, и она так же молча скользнула мимо, обдав нас запахом копоти и железа.
– Итак, если вы нашли самолет, – вновь заговорил Флекс, – значит, видели и подземку. – В ответ на последовавшее молчание поселенец усмехнулся: – Да бросьте! Эту громадину трудно не заметить. К тому же наш скромный ангар примостился аккурат посреди горной цепи… – Он чуть склонил голову набок. Темные линзы, казалось, сканировали нас. – И, как известно, умный в гору не пойдет. А вы не похожи на дурачков.
– Что это за место? – наконец спросил Джи.
– Какая-то недостроенная база, – пожал плечами Флекс так, будто это все объясняло. – Во времена issilerpoq тут многое строили. И многое же уцелело, хотя ветры и стараются исправить эту досадную ошибку. – Он сплел руки на груди, и черные кисти тут же потерялись на фоне темной меховой куртки. – Там, однако, нашлось много интересного – куда больше, чем в обжитых городках. А эту досадную ошибку исправили уже мы.
Живо вспомнились обрезанные трубы. Пустые комнаты, словно выметенные подчистую. Железные ящики в оранжерее, где что-то проросло лишь по недоразумению. И – таинственный страж коридоров, готовый разорвать незваных гостей.
– Так это вы обчистили комплекс? – Отродье выдал кривую улыбку.
– Да, мы, – лениво протянул Флекс. – Вернее, те, кто были до меня. Тогда. И мебель вывезли, и оружие. Трубы даже посрезали. В хозяйстве все пригодится.
– А как же… Тот?
Флекс широко улыбнулся. Черные губы разошлись в стороны, обнажая ряд зубов, казавшихся на контрасте с татуированной кожей сахарно-белыми.
– А того мы запустили, когда вывозить стало нечего. Красавчик питается от солнца. А мы очищаем стеклянную крышу, чтобы он мог подзаряжаться. Всем хорошо – и нам, и ему.
– Мы не были в особом восторге, – заметил Джи.
Поселенец развел руками:
– Ну уж простите. Тот не разбирает, где чужие, где свои. Но что вы сумели вырваться… – Флекс задумчиво прикусил нижнюю губу. – Это говорит и о вас, и о нас. Ваша сила. И наша недоработка.
– Зачем вообще охранять давно разграбленный комплекс? – Тесла пристально посмотрел на Флекса.
С лица поселенца исчезла улыбка. Рот сжался в жесткую линию, на изукрашенных щеках заходили желваки.
– Чтобы людям Алвы неповадно было совать свои длинные носы куда не следует, – наконец ответил он.
Глава 33
Пока не иссякнут силы
Повисла тишина – холодная, гораздо холоднее окружающего снега. Мы все молчали. Не зная, о чем Джи говорил ночью с Флексом, Тесла и я негласно отдавали ему инициативу в беседе. Но отродье
